«Конкурент» беседует с руководителем Агентства по реализации программ общественного развития и молодёжных проектов администрации края.

В Красноярске этот человек известен как успешный руководитель, организатор, начальник с хорошим чувством юмора и друг всей молодежи. Константин Гуреев рассказал нашему корреспонденту о своих увлечениях, о семье и о том, как однажды чья-то веселая шутка может превратиться через много лет в огромную коллекцию лягушек.

– Константин Юрьевич, вы возглавляете в администрации ведомство с таким современным названием. Еще пять лет назад об агентстве, которое занимается общественным развитием, можно было, наверное, только мечтать. Какие задачи перед собой вы ставите?
– Наше агентство носит сложное название, не каждому удается его запомнить и выговорить. Но по сути это название отражает реальную работу, которой мы занимаемся, и те цели, задачи, которые сегодня стоят перед краевой властью. В первую очередь, в сфере взаимодействия с разного рода проявлениями гражданских инициатив и максимальной включенности граждан в развитие территории. Участие простого человека в самых громких проектах развития края – это тот показатель, когда мы можем сказать, что наши задачи выполняются, что люди участвуют в процессах развития нашего края, что мы, наконец, построили гражданское общество. Это сверхзадача. И она не решается в течение пятилетки, не ограничивается одним годом. Она решается поколениями. И в этом плане краевая власть четко заявила свою позицию: готовность оказывать содействие в проявлении гражданских инициатив жителей нашего края. В этом смысле молодежный потенциал является, по нашим оценкам, главным капиталом. Кому, как не молодым, пытаться искать разные формы изменения мира к лучшему? Важно не только увидеть проявление этих гражданских инициатив, но и поддержать их, выстроить институциональный процесс, чтобы эти инициативы встраивались в реальную жизнь, конкурируя с властными, государственными институтами. Как мы изначально надеялись, молодежь нас в этом плане не подводит. Очень много сейчас исходит инициатив как раз от молодежи.
– Что готовы предложить юные умы? Бытует мнение, что сегодня молодые стремятся только за деньгами, хотя среди них есть очень амбициозные люди.
– Я назову три крупных проекта: «Енисейские патриоты», который связан с формированием гражданственности, патриотизма в молодежной среде через свои особые форматы, ККСО и разного рода трудовые отряды старшеклассников, объединяющие молодежь, активно включенную в созидательную деятельность, в том числе в плане реализации крупных инвестиционных проектов, а также проект «Красноярский молодежный форум» – площадка, где встречаются инновационные молодежные инициативы. И это направление, наверное, самое многочисленное, здесь очень много идей и планов. На мой взгляд, проект очень перспективный. Отчетливо просматривается одна тенденция: молодежь склонна к инновациям, к тому, чтобы предлагать принципиально другие решения, видеть новые связи и отношения. То, что лежит на поверхности, зачастую не дает того эффекта, как неожиданный подход к решению проблемы. Именно поэтому мы так пристально относимся ко всем молодежным проектам и движениям, активно поддерживаем их. Инвестиции в человека, в молодого и активного, очень выгодны. Конечно, результаты могут быть не сразу, а через десятилетия, но это, безусловно, положительно скажется на развитии нашего края, даст свои выгоды. Молодежь участвует в освоении Ванкора, стройке Богучанской ГЭС. Есть инициатива об участии красноярской молодежи в проекте «Сочи-2014». Это говорит о том, что сегодня есть много молодых людей, которые готовы заявить о своей активной позиции в разных сферах жизни. Нам важно, чтобы они смогли самостоятельно выстроить отношения в бизнесе, выйти на рынок как менеджеры и как люди, готовые нести ответственность за свои собственные решения. Поэтому появляются такие проекты, как «Золотой кадровый резерв» – поддержка талантливой молодежи, известный всем «IQ-бал», проект для молодежи, работающей в средствах массовой информации «Карандаш»… Внутри каждого проекта происходит так много событий, встреч и столько результатов, о которых нужно говорить отдельно.
– Как вы относитесь к той молодежи, которая предпочитает заниматься политикой, участвовать в движениях какой-либо партии, проявлять себя в политическом контексте?
– У меня двоякое отношение. Если молодой человек, не имеющий за собой никакого реального дела – в бизнесе, творчестве или социальной сфере, – стремится попасть чисто в политику, то я думаю, это бесперспективно. Из таких псевдополитиков вырастают политиканы. А вот если человек заходит в политику, когда эта деятельность становится для него неизбежной потребностью – для продвижения собственного дела, то это другой разговор. Если дело требует принятия неких уже политических решений, то для человека партия, депутатское кресло и так далее становятся не самоцелью, а инструментом. Это можно только приветствовать. И тому есть успешные примеры.
– В прошлом молодежь объединял великий комсомол. Нужна ли сегодня поколению next крепкая организация с четкой идеологией?
– Сегодня построить комсомол невозможно, это очевидно. Нет уже монополии на идеологию. И нет поэтому единой организации. Зато сегодня появляется целый спектр различных молодежных движений. Они объединяют близких по духу людей. Для нас важно, чтобы эти движения могли самостоятельно развиваться и выстроить между собой соответствующие коммуникации: «Да, все мы равные и все мы хотим сделать нашу жизнь еще лучше. И это напрямую от нас зависит». Волонтеры, молодежный форум, стройотрядовцы – не важно, какое движение человек представляет. Важно, чтобы было общение, взаимодействие. Поэтому появился в этом году такой проект, как «Бирюса», который собрал представителей таких разных молодежных культур. Нам удалось создать цивилизованную форму реальной конкуренции для активной молодежи, направить ее энергию на выполнение серьезных задач, на общее дело. И это главный результат не только лагеря инициативной молодежи «Бирюса», но и двух лет формирования новых молодежных институтов.
– Мы затронули тему молодежной культуры. Можно оценить ее уровень – высокий, низкий, средний? В обществе принято то ругать, то хвалить молодежь…
– Вопрос: а судьи кто? Кто будет оценивать? Ведь были времена, когда «Битлз» не воспринимался нашей культурой, считался вредным. И вот уже мы считаем эту музыку классикой. И таких примеров в культуре можно находить очень много. Этот межпоколенческий конфликт интересов между сложившейся культурой и той субкультурой, относительно которой рассматривает себя новое поколение, – он вечен! Это не антагонистическое противоречие. Оно снимается временем. Взрослея, человек начинает воспринимать новые культурные знаки как традиционные. А потом возникают еще более новые культурные знаки. Этот процесс постоянный. Важно, чтобы между поколениями была возможность цивилизованной встречи интересов. Тогда оценки культур не будут носить агрессивный характер. И еще чтобы создавались пространства, где противоречия могли бы сниматься естественным образом. Примеров тому много. Скажем, клубы исторической реконструкции. Никто ребят не заставляет надевать форму времен Отечественной войны, участвовать в баталиях прошлых времен…
– Сегодня молодых поддерживает власть, их идеи могут воплотиться. Когда вы были молоды и только начинали себя проявлять, что служило ориентиром, опорой?
– Очевидно, что траекторию своей жизни я выстраивал самостоятельно. Родители были всегда рядом. Еще в подростковом возрасте вокруг меня сложилась крепкая команда единомышленников, которая всегда что-либо придумывала. То спортивные соревнования, то походы… Была интересная жизнь. В дальнейшем так получалось, что я оказывался на острие жизни – как в армии, так и в институте, на предприятии. Меня это зацепило, общественная деятельность стала основной профессией.
– На рубеже веков, в эпоху переходного периода тяжело ли было заниматься общественной деятельностью, проблемами молодежи? Ведь тогда все думали только о хлебе насущном…
– Никогда мне не было тяжело. Могу заявить, что работа с молодежью дает дополнительную энергетику. Столько в этой среде энергии, что она заряжает всех, кто к ней причастен. В 90-х годах, когда была ситуация полной абстракции – комсомола уже нет, а нового никто не навязывал, – на этом свободном поле работать, предлагать свои форматы проявления молодежной инициативы было очень легко. Не было жестких ограничений или рамок. И только внутренний ценз определял направления. Было создано множество различных молодежных проектов, в том числе КВН, который стал сегодня мощным движением, объединившем более пяти тысяч человек только по Красноярскому краю. В этот период удалось создать сеть муниципальных учреждений, потому как иной формы институализации молодежных инициатив не было. Молодежные клубы превращались в центры. Сегодня появилось много новых форматов, мест встречи молодежных инициатив с властью, бизнесом.
– Возвращаясь к теме КВН, хотелось узнать, как ощущают себя кавээнщики, которых знают все, но которых не назовешь артистами, исполнителями… Нет такой профессии, но люди есть. Нужны ли им гарантии, трудовые книжки и другая формализация?
– Там, где нужна формализация, она происходит. Но это не главное. В эту среду попадают и удерживаются те, кто может кинуть взгляд на происходящее с другого ракурса, увидеть жизнь сверху, сбоку, так, как это становится актуально для всех. Большинство кавээнщиков очень талантливы. Они и поют, и танцуют, и играют, и пишут. И всё это в совокупности представляет богатый арсенал. Мало кому удается их превзойти. Это особый клан людей. Из КВНа шутки расходятся по другим юмористическим программам. Многие талантливые кавээнщики успешны на телевидении и в других сферах. Думаю, что в первую очередь кавээнщики – это люди, которые не кривят душой, каждый раз несут свое ощущение жизни.
– А вы знакомы с Александром Масляковым?
– Да, мы познакомились несколько лет назад, когда приглашали Александра Васильевича на шестой фестиваль «КВН на Енисее». Гость был у нас два дня, ему очень понравилось гостеприимство красноярцев. Но это был не первый приезд мэтра к нам. Когда-то давно здесь проходили съемки передачи «А ну-ка, девушки!», а еще раньше, за несколько лет до этого, Масляков участвовал в спартакиаде народов СССР, которая проходила у нас в Красноярске. Так что Александр Масляков у нас бывал не раз. И вот сейчас он посетит наш город с большим проектом «День рождения КВН». С ним приедут восемь сильнейших команд КВН и такие известные люди, как Леонид Ярмольник, Леонид Якубович и бессменный Юлий Гусман.
– В целом так уж сильно такие имиджевые мероприятия для нашего региона необходимы? Это важный момент для края или пустые траты?
– Что касается этого конкретного мероприятия, то для него была подготовлена хорошая почва. Красноярск – это не просто случайный выбор. Но есть, конечно, и амбиции. Наш регион успешный, нам есть что показать, чем гордиться. Поэтому столичные проекты вполне могут проходить у нас. Не так давно Красноярск принимал участников Всероссийских Дельфийских игр, которые дали талантам проявить себя. Эти и другие большие проекты несут определенный смысл. Амбиции успешного региона являются очень важными для молодых людей в Красноярском крае. И губернатор у нас достаточно амбициозный человек. Стоит поблагодарить его за поддержку проекта КВН. Его слово оказалось решающим в ходе переговоров о месте проведения праздника.
– С нашими амбициями недалеко и до Олимпийских игр в Красноярске, как вы считаете?
– А почему бы и нет? Условия для этого создаются. Вот сейчас обсуждается проект центра по подготовке олимпийцев в таких видах спорта, как лыжи, биатлон и так далее. У нас есть возможность создать такой центр в Ергаках, месте с уникальными природными условиями. Весь наш молодежный актив, стройотрядовцы, волонтеры готовы подключиться к проекту и воплотить его в жизнь. Что касается спортивных достижений, то до 2014 года времени не так много, но и, с другой стороны, достаточно, чтобы попытаться через массовое увлечение молодежи здоровым образом жизни прийти к достижениям высшего спортивного мастерства. Если мы будем настолько амбициозны, то любые смелые планы станут вполне реальными. А на Олимпиаде в Сочи мы надеемся, что наши красноярские спортсмены завоюют несколько золотых медалей.
– Константин Юрьевич, а ваши увлечения связаны со спортом?
– Да, я всё детство проиграл в футбол, хоккей и, не поверите, в шахматы. Плаванием занимался. Для меня спорт – одна из тех сфер жизни, которая занимала очень большую ее часть. К сожалению, не могу похвастаться этим сейчас. В силу занятости мне не удается заниматься спортом регулярно. Но я стараюсь использовать каждую возможность для этого. По-прежнему люблю футбол, плавание.
– Вас привлекает отдых за границей?
– В этом году мне удалось на целые две недели уехать в отпуск. Мы с семьей побывали в Хорватии, на Адриатике. Как выяснилось, это уникальный отдых. Море – совершенно чистейшее, благоприятное для купания. В Хорватии мне удалось даже отключиться от дел и по-настоящему отдохнуть в «семейном формате», очень качественно. Помимо Хорватии мы были однажды в Болгарии, где тоже очень понравилось. В силу служебных командировок я побывал еще в нескольких странах мира, в крупных европейских городах, а также американском Чикаго. Скажу без всякого пафоса: если говорить о красоте, то лучше природы Красноярского края нет нигде. Если бы столько уникальных мест было в Европе или Америке, то уже организовалось бы паломничество! За границей туристов пытаются удивить, по сути, банальными вещами. И многие восхищаются ими. Но ведь гораздо интереснее посмотреть и удивиться природе наших рек – Бирюсы, Маны, Тунгуски, побывать в Ергаках. Но каждый выбирает свой отдых. И я приоритет отдаю краю.
– Сегодня много значения придается одежде, стилю. На телевидении постоянно учат людей быть на пике моды, поясняя, что «мода – это та условность, соблюдать которую мы обречены по жизни». На ваш взгляд, нужно ли относиться к стилю проще или стоит углубляться в суть проблемы?
– Если отвечать кратко, то я предпочитаю классику. Не могу сказать, что я сильно уделяю внимание одежде и моде. Я не особенно слежу за изменениями тенденций. Хотя и являюсь одним из учредителей, членом жюри фестиваля молодых дизайнеров одежды. Я «журю» по принципу «нравится – не нравится», «впечатлило – не впечатлило». Что касается моей одежды, то стоит мне примерить и почувствовать себя комфортно – и я уже не задумываюсь, попадает этот костюм в современные течения или нет.
– В плане вкусно покушать у вас есть предпочтения? Или это постоянный эксперимент?
– Скорее всего, эксперимент. Есть одно блюдо, которое я всегда с радостью употребляю, несмотря на все предпочтения. Это отварной молодой картофель с малосольными огурчиками. Вот за это можно отдать все кухни мира…
– Не мечтали переехать в загородный дом и жить на природе? Или городская квартира всем устраивает?
– Мы живем с семьей в двухкомнатной квартире. У меня уже взрослая дочь, но вопрос о жилье – как проблема номер один – не стоит. Мне как-то жена сказала: «Если мы в двухкомнатной квартире встречаемся не так часто, то в четырехкомнатной вообще не видимся. В общем, нет такой проблемы, как жилищная… Главное не размеры квартиры, а внутренняя атмосфера. А с этим у нас в семье всё хорошо.
– Ваша занятость позволяет вам уделять время даче?
– В этом году мы расстались с нашей дачей. В силу того, что за всё лето мы побывали там полтора раза. В свое время эта дача сыграла важную роль, выполнила свою задачу. Наша дочь очень любила там бывать. На даче была устроена игровая площадка. Мы выращивали овощи, кругом были красивые цветы. Поэтому дача существовала для того, чтобы летом дочка могла там отдохнуть и поиграть. И нам было очень тяжело расставаться с этим уголком природы. Но тем не менее такое решение пришлось принять.
– Ваша дочка уже выбрала свой путь?
– Она еще определяется, причем очень активно. Хочет взять от жизни всё и сразу. Участвует в массе проектов, в том числе и собственных. Зачастую не доводит дело до конца. Но я приветствую ее начинания, хотя не все воспринимаю… Но по нашему общему признанию, мы с женой очень много берем от нашей дочери, мы меняемся благодаря ей. Мне кажется, это очень важно.
– Занимает ли в вашей жизни почетное место автомобиль?
– С прошлого года автомобиль занял свое место. До этого у меня никогда не было машины. А сейчас появился «Ниссан-Премьера». И я почувствовал удовольствие от того, что есть свой автомобиль. В любой момент ты можешь попасть в любую точку пространства с необходимой скоростью. Я не лихач, достаточно вежливый водитель. Но когда есть возможность, припускаю до 150 на трассе.
– Есть ли у вас некий план-мечта, реализация которого намечена на светлое будущее? Вот как некоторые говорят: «Пойду на пенсию, займусь аквариумными рыбками…»
– Здесь сразу вспоминаются две классические фразы: «Бойтесь своих желаний, они сбываются» и «Тот человек, который говорит, что он счастлив, уже завершил свою жизнь, поставил точку». Я не думаю, что все свои мечты нужно свести воедино, вложить в какие-то рамки. Каждый раз маленькие мечты превращаются в идеи. Пока у меня много желаний и мечт. При этом я не разделяю – рабочие это моменты или планы, связанные с отдыхом, семьей. Ведь мечту нельзя придумать: она либо приходит, либо нет. И нет разницы, из какой она сферы жизни. Главное, что она есть! Плохо, когда человек ничего не хочет, когда он считает, что всего достиг и счастлив.
– Традиционный для вас вопрос о лягушках. В вашем кабинете – часть коллекции этих милых существ...
– Это очень малая часть всей коллекции. Она разбросана по разным местам. До сих пор мне дарят лягушек, считая, что я их собираю. Просто кто-то однажды хорошо пошутил на этот счет, сказал, что, мол, я лягушек собираю. С того всё и началось.