начало на 1 стр.

– Это когда случилось?
– Уже прошло пять лет. Было ещё одно убийство нашего коллеги – Валерия Георгиевича Марьясова. И я очень огорчён, что следственные органы не сумели дать ответ, по какой причине это произошло. Ни по одному, ни по другому убийству. Кто же заказчик? Кто исполнитель? Моя оценка и тогда была, и сейчас я остаюсь при ней: это было связано с их профессиональной деятельностью. Они управляли Департаментом потребительского рынка, где не всё было прозрачно. Я думаю, и Беляков, и Марьясов, который продолжал городскую политику выведения потребительского рынка из тени, поплатились жизнью именно за это. Повторюсь: пока эти убийства, к сожалению, не раскрыты. Я думаю, есть такие преступления, которые только через годы раскрываются, и тогда целый клубок преступлений распутывается. Надеюсь, что справедливость и здесь будет восстановлена.
– Вы дискомфорт не ощущали оттого, что один за другим убиты ваши коллеги и предстояло и вам поберечься как-то. Усилить охрану, к примеру…
– Нет, я никогда не был озадачен, как себя уберечь. Неприятно то, что за праведное дело погибли мои товарищи по команде. Это, конечно, настораживает. Можно спокойно жить, не делать никаких преобразований, не входить в какие-то объективно возникающие конфликты при смене ситуации. И что – пусть продолжается всё как есть? Такая форма поведения не для меня. А по линии собственной безопасности, думаю, не надо мне защищаться. От своего народа не надо прятаться. Если честно живёшь…
– Вы – человек команды губернатора Толоконского. Уже много лет вы вместе. Это больше именно профессиональная связка или есть и приятельские, дружеские отношения?
– Нас с Виктором Александровичем действительно связывает давняя профессиональная работа. В восемьдесят девятом году я пришёл в мэрию, а чуть позже и он. С тех пор мы рядом. Я хорошо знал Виктора Александровича, когда он ещё работал в областной плановой комиссии, а я был на партийной работе – председателем райисполкома Первомайского района. Тогда уже мы были знакомы. А здесь, в мэрии, уже вплотную наши профессиональные пути соединились. Затем был период, когда я на четыре года уходил с поста первого заместителя мэра на производство – коммерческим директором на хлопчатобумажный комбинат. А когда Виктор Александрович переизбрался мэром на второй срок, он пригласил меня вернуться, также на должность первого заместителя, и курировать финансово-экономический блок. Я дал согласие. С тех пор мы в одной команде. Нас объединяет, прежде всего, ответственность перед людьми за решение задач, которые актуальны для жизни города. Поэтому нам делить нечего, просто нужно объединить ресурс области и города – чтобы проблем было меньше.
В то же время мы близки чисто по-человечески – по принципам, по образу жизни. Не могу сказать, что мы с ним близкие друзья, но, по крайней мере, состоим в тёплых, нормальных отношениях.
– Может, и какое-то увлечение вас объединяет?
– Увлечение одно – очень много работы. И он, и я этим «страдаем». По-разному таких людей называют: трудоголики, работяги… Вот это нас действительно объединяет.
– Шпилька у меня есть насчёт работы. Если спросить любого крупного начальника, он ответит, что работает из-за большой любви к Родине. А народ почему-то считает, что из-за любви к деньгам: ввиду возможности манипулировать большими «мани».
– Циничное какое-то выражение. Уж не знаю, кто его придумал, из какой категории людей. Наш-то объём работы, к сожалению, не оценивается той зарплатой, которую мы получаем. Мол, если больше сделать, то и зарплата тебе будет больше – такого ведь нет. Работа наша зависит от уровня задач, которые приходится решать. И если видишь – улучшается жизнь в городе, обстановка меняется к лучшему – вот главная оценка. Не материальная. Она не может быть материальная, она в другом: когда видишь, что радуются люди, улыбаются – значит, они положительно оценивают сделанное. Это главное мерило качества нашего труда. Поэтому обычно и по субботам приходится работать. Это не нормально, конечно, но так уж сложилось, такой объём дел, что нужно и в субботу быть на посту. Чаще это выездные совещания: надо на местах побывать, в районах, чтобы воочию оценить те или иные проблемы.
– У вас, тем не менее, очень хороший загар. Где вы так смогли?
– Это я в конце апреля – впервые в этом году – на двенадцать дней сумел вырваться на отдых, в Китай.
– И так долго держится загар?
– С тех пор, да. Нигде больше не добавлял.
– А где примерно в Китае?
– На острове Хайнань. Очень понравилось. Такой спокойный отдых, обстановка располагающая, на берегу моря. Вот это замечательно. Правда, ощущается некий дискомфорт из-за языкового барьера. По-английски не говорят, по-русски совсем мало – это я про обслуживающий персонал. Но, думаю, время изменится. Хайнань очень активно развивается как центр туризма, поэтому вскоре и барьер этот будет несколько проще брать. Но я и сейчас с удовольствием отдохнул.
– Летом Олимпиада в Пекине будет. Хайнань этого ещё не чувствует?
– Думаю, что нет. Сам остров Хайнань не является каким-то спортивным центром, поэтому там никакой предолимпийской суеты нет.
– А в России она скоро начнётся. Вы испытали удовлетворение от факта, что Сочи станет олимпийской столицей?
– Ещё бы, конечно! Ликовал в душе, когда объявили о победе российского города. И радовался от того, как достойно представил российский проект наш президент – когда он на русском и английском языках провёл презентацию. Это была гордость и за человека, и за уважение к стране – у всех иностранных представителей, у членов Международного олимпийского комитета, и, конечно же, у наших россиян. Несомненно, была большая радость. Это оценка роли России, международное признание тех преобразований, которые в ней происходят. Они ведь вполне объективные. Да, мы многим всё ещё недовольны, да, хочется быстрее эти преобразования пройти. Но то, что мы вошли в русло системных, последовательных реформ жизни, – вполне очевидно. И с каждым годом растёт авторитет России в мировом сообществе, в различных аспектах: в экономическом, культурном, политическом, спортивном. Победа Сочи – оценка этого мирового признания.
И, конечно, замечательно, что мы сумели с блеском показать ту инфраструктуру, которая, убеждён, будет создана в Сочи в полной мере. И будет она работать на нашу страну долгие годы. Я в этом не сомневаюсь.
– Не навредить бы только уникальной природе тех мест. Стройка-то предстоит глобальная.
– Это важнейший аспект. Думаю, он будет учтён, потому что Сочи – место особого, исторически сложившегося предназначения, это центр отдыха, туризма. И сохранению экологической основы, конечно, должно быть уделено самое пристальное внимание. Олимпиада пройдёт быстро, а мы ведь хотим, чтобы там и дальше был такой райский уголок, куда бы ехали люди на отдых и из далёкой Сибири, и из всех других регионов.
– Вы – член Совета Европы. И стали там уже, наверно, таким матёрым представителем?
– Нет, я бы так не сказал. Я действительно по распоряжению президента второй год нахожусь в составе Совета Европы. Но только в октябре или в ноябре первый раз буду принимать официальное участие в заседаниях.
– Там действительно большие дела делаются или это просто такая тусовка…
– Нет, вряд ли это можно назвать тусовкой. Это институт европейского сообщества, в частности муниципальных органов власти, которые делятся опытом функционирования систем управления, внедрения инновационных процессов, демократических преобразований. Это реальная работа.
– Какой город или городок в Европе вам нравится особенно?
– Больше Новосибирска мне ничего не нравится. Где бы я ни был. К примеру, только что побывал я в Варне, в Болгарии. Мы ездили туда на День города по приглашению мэра Варны, при поддержке посла Болгарии в России, чтобы подписать меморандум о побратимских связях. История города там более древняя, конечно: отсчёт идёт с семнадцатого века. И уже давно Варна является прекрасным местом туризма и отдыха. А нашему Новосибирску только 115 лет. Но тем не менее отовсюду побыстрее спешишь домой, в любимый город. Когда мы говорим «Новосибирск», то сразу про наш город думают: «это что-то суровое, это Сибирь, где медведи по улицам ходят». А здесь ведь всё не так, всё цивилизованно, есть и свои уютные, красивые уголки, которые созданы трудом самих горожан. И это самое отрадное, самое приятное. Поэтому, когда люди сегодня вовлечены в самоуправление городом, своей жизнью, я думаю, это нельзя переоценить. И вот я опять возвращаюсь к моей коронной теме – территориальные органы самоуправления. Я не жалею, что пять лет я, как мэр города, как администратор, потратил на формирование не какой-то организационной структуры, а на создание атмосферы вовлеченности людей в управление городом. А это настоящее достижение, это не какие-то слова пафосные. У нас сейчас столько интересных моментов, когда инициативные люди по месту жительства имеют своё слово в управлении.
– В основном это такие красивые мелочи, да? Привести в порядок клумбы…
– И это тоже. Но главное – это взаимодействие людей. Мы по жизни были разобщены. Живём в одном подъезде и даже не знаем, кто у нас сосед. А сегодня новосибирцы налаживают взаимодействие – праздники общие, с ребятишками большая работа по месту жительства проводится. И много-много другого сегодня вошло в сферу работы территориальных органов самоуправления.
Я был в Германии, был в японском Саппоро – в нашем городе-побратиме. Много интересного видел. В Саппоро вообще какое-то душевное, чуткое отношение людей друг к другу и к городу. Есть там традиции, которые объединяют горожан. И мы изучаем их опыт. Но его ж один к одному не перенесёшь. Менталитет складывался у них столетиями. Но увидеть изюминки такого доброго отношения, понять, на каких базовых ценностях оно формировалось, – вот о чём идёт речь.
– Вы не раз встречались с Виталием Мутко – главой Российского футбольного союза. Как вы думаете, он всё-таки более прогрессивная фигура по сравнению с Вячеславом Колосковым?
– Я не был тесно связан с деятельностью РФС во времена Колоскова. Так как я тогда не был президентом областной федерации футбола и председателем попечительского совета футбольного клуба «Сибирь», который сегодня играет в первом дивизионе. Когда Виталий Леонтьевич возглавил РФС, мне очень понравилось его отношение к делу. Я был на первом организационном и на втором пленумах РФС, где обсуждались перспективы развития нашего футбола. И мне понравилась системность его подхода – те ценности, которые ставятся во главу угла по развитию российского футбола как самого массового вида спорта.
– А система в чём?
– Перейти на долговременный путь развития, именно он наиболее перспективный. Когда сегодня называют лидеров команд, там семьдесят процентов легионеров, русские фамилии почти не услышишь, не говоря уже о местных кадрах. Выходит, гордиться-то особо нечем. Гордиться теми большими деньгами, за которые купили зарубежную звезду? Это не та гордость. Такая система сложилась во время рыночных отношений, все это прекрасно понимают. Как и то, что её нужно менять. И вот у нас в Новосибирске не только в футболе, но и в хоккее, в баскетболе, в волейболе, где команды играют в высшей лиге, создаётся система взращивания своих ярких мастеров. Ведь богат же Новосибирск олимпийскими чемпионами в других видах, не игровых: в борьбе, плавании, фехтовании. У других городов такого нет. Если сравнить по удельному весу – олимпийских чемпионов на количество жителей – то мы в лидерах. Поэтому так хочется, чтобы и в игровых видах спорта росли свои талантливые ребятишки. И мы создали интернат для них, открыли детскую спортивную школу по футболу, её филиалы работают почти в каждом районе.
Мне отрадно, что именно такими категориями в общероссийском масштабе мыслит Виталий Леонтьевич и вообще президиум Российского футбольного союза. Они обозначили программу создания региональных детских, юношеских центров по футболу в рамках каждого федерального округа. И один их таких центров создаётся в Новосибирске. Мы уже два года назад в самые короткие сроки, за два с половиной месяца, постелили у себя искусственное футбольное поле. РФС нам его поставил, а мы всю подготовку сделали, инженерные коммуникации провели. И это было впервые в России сделано. Красноярск, кстати, с этой задачей не справился. Он тоже подписывался под это, но там по времени не успели. А мы успели. Сейчас на подходе ещё несколько полей с искусственным покрытием. Ведём проектирование футбольного общесезонного модуля на три с половиной тысячи мест.
– А хоккей с мячом в Новосибирске – ничего, не загнулся?
– Нет, наоборот! Ведётся реконструкция, делается искусственное поле. В этом году оно уже будет. И я думаю, что это как раз создаст предпосылки для системной работы команды «Сибсельмаш» и повышения её уровня.
– Хочется поговорить с вами и о частной жизни. Говорят, вы заядлый рыбак.
– И рыбак, и охотник. По осени, на открытии охотничьего сезона, на боровую пернатую дичь я не хожу. Я увлекаюсь зимней охотой. На лося лицензия, на косулю. Вот это всегда пожалуйста. Раза три-четыре за зиму удаётся вырваться. Это получаются такие замечательные день-два, что просто трудно передать впечатления. В зимние морозы всласть по снежному лесу побродить, на околке постоять, пообщаться с друзьями.
– Я слышал, что марала, лося очень трудно убить, они прямо в глаза тебе смотрят...
– Уж не знаю, кто такой охотник наблюдательный. Увидеть глаза лося – это надо его с пяти метров стрелять, чтобы взгляд его рассмотреть. Лося обычно стреляешь на сто метров. А в целом это очень азартное увлечение. Люблю также зимнюю рыбалку.
– Там «пятьдесят грамм» надо обязательно.
– А как же иначе, что за рыбалка тогда?
– Водочки немножко?
– Всё бывает. И вообще я рыбалкой очень увлечён. Это ещё с юношества пошло, когда в семьдесят втором году приехал я сюда, в Новосибирск, молодым специалистом. Понятия не имел, что такое подлёдный лов. Но здесь так увлекли меня! И я вообще как фанатик на подлёдном лове пропадал, начиная с марта месяца, пока лёд стоит. Сейчас это всё реже, конечно, потому что работа не позволяет. Но тем не менее...
– А книги есть время читать?
– К сожалению, почти нет. Сегодня у меня такая динамика жизни, что особо не почитаешь. Но я рад тому, как сейчас новосибирские писатели очень бережно воссоздают в своих произведениях историю нашего города. Это особо трогательно. История города – это ведь не здания, не сооружения. Это люди, которые создали всё вокруг. Поэтому я с удовольствием читаю очерки новосибирского писателя Михаила Щукина. Но, к сожалению, на чтение времени очень мало.
– А на телевидение?
– Специфика моей работы и здесь сказывается. Пытаюсь выхватить время, успеть хотя бы повтор посмотреть – это я о новостийном блоке. В основном именно местные новости смотрю. И нередко они помогают почувствовать ритм жизни города. Да и вообще сегодня средства массовой информации делают много полезного. Я благодарен журналистам за то, что они стараются привить новосибирцам любовь к городу, рассказывают о его истории, о его жителях. Сейчас у нас на радио есть рубрика «Улицы Новосибирска». Вот мы едем по Красному проспекту. И узнаём, что Красный проспект не раз менял своё название. Журналисты рассказывают историю названий улиц города, легенды. Я думаю, это важно – прикоснуться к истории, узнать, что положено в основу…
– А вообще сильно вас огорчило знание о том, что история СССР была полна зловещих фактов? Взять хотя бы ужасы тридцатых…
– Я думаю, что это неправильно, когда мы так к нашей истории относимся. Вот удачная страничка – это наше. А если неудачная, о чём вы справедливо говорите, то это вроде как не наше. Так нельзя. История вся наша. И с теми удачными, яркими этапами, и с тем лихолетьем, и с той несправедливостью – это всё наше. Просто надо попытаться исследовать истоки этого несправедливого и жестокого, чтобы сделать выводы на будущее.
– Как показывает практика, социализм вообще немыслим без диктаторства.
– Признаки этого действительно есть, но сказать, что в основе социализма лежит диктат, – с этим я не согласен. Думаю, многие ценности социалистического времени и сегодня не потеряли своей актуальности. И активно применяются нами в жизни.
– Говорят, вы очень любящий дед. И у вас замечательные внуки.
– Я действительно очень люблю внуков. Рад, что у меня так жизнь сложилась: сегодня у меня их четверо. У сына три девочки: двух, четырёх и семи лет. В этом году внучка пошла в школу. Я побывал на линейке в её школе. И ещё больше радость, что появился уже и внук, которого к тому же назвали Вовочка. Двойная для меня радость! Это уже заслуга дочери. Поэтому четверо внуков – это интересная жизнь, но, к сожалению, уделять им удаётся очень мало времени. Поэтому всё буду стараться делать, чтобы не потеряли они возможности пообщаться с дедушкой. Я думаю, что это очень ценно – общаться разным поколениям. Моему сыну уже 34 года. Несмотря на то, что он человек взрослый, самостоятельный, трое детей у него, а всё равно ему нужно общение с отцом.
– Ваш сын кем работает?
– Он окончил наш НИИЖТ – институт железнодорожного транспорта, экономический факультет. Когда ещё учился на последнем курсе института, работал в банке. Сейчас занимается строительным бизнесом.
– Есть ли у вас жизненные принципы?
– Считаю необходимым для человека, облечённого властью – мэра или другого крупного руководителя, – уметь пропустить через свою душу проблемы других людей, их беду. Когда ты способен это прочувствовать, тогда ты будешь действительно заинтересован в том, чтобы сделать жизнь горожан легче. Это не пафосные слова, поверьте. Если человек чёрств и считает: «Подумаешь, мало ли проблем у того, у другого…», он не может руководить. Каждый человек – это живая судьба, поэтому помочь ему, оказать содействие – это должно быть необходимым условием для руководителей высокого уровня.
Второй мой принцип – быть справедливым в оценке работы своих коллег. Можно быть порой жёстким, но нужно быть всегда справедливым, потому что несправедливая оценка больно ранит человека. Она деморализует его. И никакие дальнейшие действия уже не могут спасти ситуацию. Несправедливость буквально руки отбивает. Поэтому пусть жёсткая будет оценка, но справедливая. Тогда человек поймёт, что он ошибся, не так сделал. И руководитель даёт ему шанс исправиться. Поэтому, думаю, это тоже принцип моей жизни.
И ещё один – сохранять верность дружбе, особенно традиции мужской дружбы. Есть всё-таки в этом что-то своё, особое. Поэтому я рад, что нам с друзьями это удалось. Я с женой приехал в Новосибирск в семьдесят втором году. И вместе с нами на то же предприятие приехали несколько таких же молодых специалистов…
– А вы откуда приехали?
– Из Брянска. И мы по сей день, вот уже десятки лет, храним нашу дружбу. Встречаемся семьями. Выросли рядом наши дети. Я всё это очень ценю. Не важно, кем я работаю, в какой должности, но вот это чувство дружбы, товарищества, оно всегда было для меня незыблемо. Поэтому очень ценю эти же качества в других людях.
– А вы давно не были на родине?
– Я бываю там практически каждый год.
– Знаменитые брянские леса живы?
– Действительно, это очень знаменитые леса. Они знамениты уже хотя бы тем, что Брянск – партизанский край. Поэтому любой кусочек того леса – настоящий музей эпохи войны. В течение почти двух лет велись там очень активные партизанские действия.
– А современные «партизаны-лесорубы» разве там ещё не всё вырубили?
– Нет, нет, это живые леса. Слава Богу, живые.
– Иван Сусанин смог бы и нынче завести врагов в непролазную чащу?
– Там, где мы жили, такие труднопроходимые болотистые места. Поэтому природа там вся живая.
– Глобальное потепление климата вас исключительно как мэра волнует – только применительно к ЖКХ?
– Часто общаюсь с нашими учёными. Пока такого уж «глобального» они потепления не констатируют. Да, есть его признаки, но это ещё далеко впереди. А те сегодняшние колебания температуры – это вполне прогнозируемые явления, которые просчитаны учёными и вполне нормальны.
– Какое-то блюдо сами можете приготовить?
– Запросто!
– Что, например? Мясо жареное?
– Нет, сырое. Строганину. Из лосося. Из стерлядки. Из муксуна. Это я с удовольствием делаю. И вижу, как это нравится моим друзьям, семье, детям. Жена там своё на кухне готовит, она тоже любит угощать, приветлива всегда. Поэтому наш дом часто бывает полон друзей, знакомых. У нас есть традиция, когда мы в Новый год – вот уже сколько лет, как приехали сюда – празднуем в кругу старых друзей, семьями, с детьми и внуками….
– В старых компаниях душа песни просит. И вообще человека песня характеризует.
– Мне нравятся песни жизненные, о родном крае, о чём-то таком ностальгическом. Поэтому всегда душу волнует песня Малинина «Берега, берега». Потом – не помню, как называется, но слова там такие: «Домик с окнами в сад, где живёт моя мама…» Вот такие люблю, потому что так случилось, что жили мы в сельской местности, на Брянщине. Сначала умер отец, Филипп Иосифович, участник войны, вон видите – на полочке его награды. Три боевых ордена, дошёл он до Берлина, выдержал всю войну, потом на Востоке оказался. Поэтому, видимо, рано умер – в шестьдесят восемь лет. Потом и мама умерла, Евдокия Кондратьевна. Поэтому есть у меня ностальгия по краю, не отпускают воспоминания о родительском доме, где всё моё детство прошло и юношество. Это навсегда в сердце у меня останется.
– Пожелать вам хочется от имени красноярцев – всех благ…
– Спасибо, я от всей души желаю им того же. Поверьте, я искренне говорю, что всегда нас связывает теплота человеческих отношений. Мы по-хорошему соперничаем, это полезная для всех конкуренция. И порой с белой завистью замечаешь и радуешься, что есть много у вас изменений к лучшему. Мы всегда рады таким успехам, стараемся не оставаться в стороне. Когда встречаемся, говорим о них и с губернатором Хлопониным, и с председателем Уссом, и с другими красноярскими руководителями. В каждом городе есть свои традиции, которые создавались людьми не один десяток лет. Поэтому я рад, что красноярцы ценят и усиливают их. А мы с ними всегда в дружбе жили и продолжаем жить. В этом, я думаю, залог успеха.
– Две великие реки – Обь и Енисей – текут параллельно…
– Да, совершенно верно! Кстати, как раз символику великих сибирских рек мы недавно использовали. Мы создаём комплекс фонтанов у ГПНТБ (Государственная публичная научно-техническая библиотека. – Прим. И.Р.), своеобразный сибирский Петергоф. В этом году мы открывали центральную чашу, и там уже работает несколько фонтанов. И вдруг меня осенило: «А как же без символики?!» Тут наши писатели выручили: «Давайте включим сюда символику сибирских рек: Обь, Енисей, Лена…» Вот такое счастливое решение нашли. Мы ведь стараемся ценности Сибири нашей подчёркивать, хранить и приумножать.