Российские провизоры иногда продают таблетки с крысиным ядом, кирпичной пылью, пестицидами, чернилами для принтеров и мастикой.

Лекарственный дефицит давно ушел в прошлое. Лет двадцать назад в наших аптеках свободно можно было купить разве что йод, зеленку да аспирин. Сейчас полки буквально ломятся от разного рода лекарственных препаратов, причем главным образом импортного происхождения. Почти все они доступны, поскольку продаются без рецепта, и отличаются только ценой.
Но это изобилие обернулось большой проблемой – в стране пышным цветом расцвела нелегальная фармацевтика. Сегодня, выходя из аптеки, никто не может быть до конца уверен, что ему там дали нужное лекарство, а не подделку.
Бизнес на здоровье людей продолжает развиваться еще и потому, что наказание за подобную деятельность у нас почти символическое, а прибыль исчисляется миллионами. Мировой оборот лекарственных фальсификатов оценивается экспертами в 2,5 млрд долларов в год, российский «черный рынок» фармацевтики – в 300 млн долларов.
Примерно десятая часть всех лекарств, продаваемых в мире, фальшивые или контрафактные, утверждают аналитики. Сколько подделок лежит на полках наших аптек, точно не знает никто: статистика здесь очень разная.
В Росздавнадзоре говорят, что за последние пять лет количество фальсификатов снизилось в четыре раза, и на данный момент их доля не превышает 0,1–0,2% общего числа препаратов на рынке. Но независимые эксперты считают эти показатели необоснованно заниженными и называют совершенно другие цифры – от 7 до 20%. В этих же границах данные Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ) по нашей стране – 12%.
Цифра в 20% была, кстати, озвучена на последних парламентских слушаниях в Госдуме, посвященных проблемам отечественного фармацевтического рынка. Если взять ее за основу, получается, что каждое пятое лекарство в аптеке – подделка. При этом специалисты констатируют тот факт, что технологии «пиратского» производства достигли таких высот, что зачастую уже невозможно отличить подделку от оригинала.
«Уровень подделок сегодня очень высокий, и чисто визуально ни аптека, ни потребитель, ни порой даже производитель определить не может, только через анализ», – признает гендиректор Ассоциации российских фармацевтических производителей Виктор Дмитриев.
Отсюда становится понятно, почему многие зарубежные брендовые препараты у нас часто оказываются совершенно неэффективными. То есть платим-то мы за оригинальное лекарство, а получаем «обманку» в раскрученной благодаря телевизионной рекламе упаковке.
И полбеды еще, если она приготовлена только на основе глюкозы, мела и соды: такие таблетки вряд ли помогут при той же простуде, но хотя бы сильно не навредят.
Но в поддельных лекарствах зачастую «можно встретить и такие неподходящие для медикаментов ингредиенты, как крысиный яд, кирпичная пыль, пестициды и тяжелые металлы. Для придания «правильного» цвета своим изделиям аферисты используют промышленную краску, чернила для принтеров и даже мастику».
От таких пилюль не то что проку не будет, их применение может быть чревато серьезными последствиями и даже летальным исходом.
Но аферистов ничто не останавливает. В погоне за прибылью они не считают людские потери, и трагедии отдельных людей их совершенно не трогают.
Ровно год назад в Москве была разоблачена преступная группа, которая продавала фальшивое лекарство от рака. Одна ампула препарата «Орион» стоила от 30 до 60 тысяч евро. За эти деньги мошенники обещали вылечить самых безнадежных больных. Они цинично рассчитали: люди готовы поверить любым обещаниям, когда врачи бессильны помочь. И наживались на отчаянии умирающих и их родственников.
Свой «уникальный» препарат аферисты продавали через интернет-сайт, указывая, что он якобы прошел все клинические испытания. «Орион» стал последней надеждой родителей 16-летней Даши Ш. Когда медики столичной клиники, в которой девушка проходила курс химиотерапии, сказали, что спасти ее не могут, родители Даши позвонили распространителям чудо-лекарства. Девушке сделали два укола, через несколько дней она умерла.
По сегодняшним правовым нормам производителям фальшивых лекарств в нашей стране грозит максимум 6 лет лишения свободы. Да и то только в том случае, если удастся доказать, что применение «лекарства» закончилось смертельным исходом. А это, как признают эксперты, очень сложно.
Пять лет (условно!) получил организатор производства поддельного «Тера-Флю» в Санкт-Петербурге. А подпольный предприниматель, наладивший выпуск фальшивых сердечных препаратов на фабрике под Серпуховом, был оштрафован на 300 тысяч рублей. Выгода во всех этих и подобных случаях, как несложно догадаться, значительно покрывает издержки.
По данным Росздравнадзора, за девять месяцев нынешнего года из обращения изъяли 21 серию 14 торговых наименований фальшивых лекарств. В прошлом году с рынка пришлось удалить 422 торговых наименования 1179 серий лекарственных препаратов. Но если тогда основные претензии были адресованы к отечественным лекарствам, сейчас всё чаще обнаруживают фальшивый импорт.
Эксперты отмечают, что подделывать предпочитают самые эффективные и популярные препараты, причем далеко не всегда дорогостоящие. Больше всего от мошенников страдают раскрученные бренды – такие, например, как «Но-шпа», «Супрастин», «Кавинтон», «Эссенциале». Подделывают и антибиотики, и болеутоляющие, и сердечные препараты, и даже БАДы. Причем, как оказалось, в России производится лишь 50% «обманок», еще 10% поступает к нам из Прибалтики, а остальные 40% из КНР и Индии.
Специалисты говорят: если фальшивое лекарство произведено, то сегодня или завтра, но в любом случае оно будет реализовано. И пока не будет остановлено производство, говорить о борьбе с фальсификатами просто несерьезно.
28 октября Россия и еще 11 европейских государств подписали в Москве Конвенцию «Медикрайм» (MEDICRIME Convention) (она была принята годом ранее), которая призвана очистить мировой фармацевтический рынок от всех нелегалов. Документ вводит уголовную ответственность за производство, сбыт, рекламу, незаконную транспортировку, а также документальное сопровождение фальсифицированных лекарств и иных средств медицинского применения. Подписание этой Конвенции – некая инвестиция, в том числе в будущее, которая позволит на качественно новом уровне противодействовать обороту нелегальной фармацевтической продукции.
И всё же не оставляют сомнения в том, что данной меры будет достаточно в нелёгкой борьбе с пиратами аптечного моря.

Алексей ТАЛЮК,
президент благотворительного фонда «Независимость» (Красноярск):

– Запретить такие аптечные препараты, лоббируемые фармацевтическими компаниями, можно только на государственном уровне. Но те законопроекты, которые принимаются в Думе, даются инициаторам с боем. Там такие колоссальные деньги задействованы... Не так давно наш губернатор подписал указ об ограничении продажи кодеиносодержащих препаратов в Красноярском крае. А федеральная антимонопольная служба в Москве взяла и его отменила. Представляете, на каком уровне решаются эти вопросы? Россия сейчас находится на первом месте в мире по потреблению наркотиков из-за того, что у нас фактически легализован наркобизнес. Аптеки – это легальное место, где можно купить наркотики. Такого почти нигде в мире нет.

Нелли ИГНАТЬЕВА,
исполнительный директор Российской ассоциации аптечных сетей (Москва):

– По вопросу «вымывания» из ассортимента аптек дешёвых отечественных препаратов могу сказать: это результат всей структуры рынка, его государственного регулирования и, бесспорно, предпочтений потребителей, а для рецептурных препаратов промежуточным потребителем является врач. Хотя спрос определяется потребителем, отличием нашего фармацевтического рынка является то, что в большей степени спрос на лекарственные препараты формируется поставщиком, ведь в аптеке есть то, что находится на рынке, то есть у поставщика. А производитель решает, какие позиции ему производить в ответ на величину спроса и на окупаемость производства. А предпочтения в пользу или иностранного или отечественного производителя будут всегда, рынок лекарств импортозависим, он представлен на 80% импортом.

Татьяна ГРЕХОВА,
руководитель отдела розничных продаж филиала Азиатско-Тихоокеанского Банка в Иркутске:

– Люди бизнеса всегда знают: народ не экономит на здоровье и на детях. Поэтому можно спокойно продавать детские распашонки-игрушки за цену половины стоимости «Боинга», а уж на лекарствах не наживается только ленивый. И уж конечно, подделок в этой сфере – гигантское количество. Чудо-пилюли от рака (люди готовы верить всему при такой болезни!), мегаинъекции от СПИДА, «секретные разработки КГБ» от гриппа и ангины. Хорошо, если в лекарствах намешаны безвредные порошочки, выпил – и вроде полегчало, а что рак никуда не исчез – ну, не судьба. Гораздо страшнее, когда выпил – и привет покойной бабушке. Если бы наши правоохранительные органы действительно занимались охраной хотя бы наших прав, после 2-3 громких уголовных дел бизнес свернулся бы сам собой – как нерентабельный и трудный. Но, к сожалению, пока наша доблестная полиция занята разгоном митингов по всем городам родины, а депутаты (выразители народного мнения) делят места в Думе, чёрный рынок лекарств и их подделок цветёт в полный рост. И будет цвести – любой прибыльный бизнес цветёт, вопросы морали вторичны перед экономикой. Как в той песне: «Этот мир придуман не нами».

Светлана ПЕРЕЛОМОВА,
директор журнала «Иркутские кулуары»:

– Я считаю, что каждый человек в первую очередь должен самостоятельно нести ответственность за своё здоровье. Вести здоровый образ жизни. Например, я занимаюсь йогой и вообще никогда не принимаю никаких лекарственных препаратов, даже таблетки от головы не пью. Потому что я абсолютно уверена, что есть методы, которые могут помочь и без медикаментов. Хотя, конечно, понимаю, что есть случаи, когда без похода в аптеку не обойтись, и есть люди, которые кроме как лекарствами никак по-другому не лечатся. Здесь как в поговорке: «На Бога надейся, сам не плошай». Внимательнее надо быть. Знаете, я, когда пирожки покупаю, всегда спрашиваю: «Они вкусные?» А муж меня всегда одёргивает: «Неужели ты думаешь, что продавец тебе скажет нет?» Но если она мне скажет: «Вкусные», а на самом деле будет не так, то это останется на её совести, и я всегда смогу вернуться к ней и заявить о своих правах. Примерно так же можно себя вести и в аптеке. Ну и, конечно, мошенники, которые делают деньги на чужом несчастье, должны нести самое суровое наказание.

Владимир СТЕСИН,
генеральный директор Центра медицины и косметологии «Эллада» (Киров):

– Мы работаем только с проверенными фирмами и аптеками, которые изготавливают нам необходимые препараты, и попадание к нам некачественных медикаментов исключено. В медицинском бизнесе, как и, впрочем, в любом другом, отношения строятся на ответственности и добропорядочности. Организация, связанная с медициной, дорожит своей репутацией и не будет связываться с негативно зарекомендовавшими себя хоть раз поставщиками. Конечно, какой бы ни был давний и надежный партнер, без полного перечня документов, подтверждающих качество продукции, никто работать не станет, ведь от этого зависит здоровье и жизнь людей. Только благодаря таким строгим, выверенным методам работы можно вести успешную борьбу с подделкой лекарств, не допускать попадания фальсификата к конечному потребителю.

Евгений ОРЛОВ,
директор ООО «Росмед», руководитель аптечной сети «Атмосфера» (Киров):

– К концу XX века проблема фальсификации лекарств стала глобальной. Оборот в этой сфере в мире приближается к доходам от продажи наркотиков или оружия. Фальсификация – это продукт, не эквивалентный по качеству тому, что заявлен. И если даже он соответствует всем требованиям, но не проходил сертификации и прочих необходимых процедур, то тоже становится контрафактом. Проблема подделки лекарств – комплексная, и решать ее надо комплексно. Во всем мире существует стандарт GMP, но у нас его пока не ввели по определенным причинам, сделано это будет в 2014 году. У нас процент попадания некачественных лекарств в аптечные сети минимален, следят за этим строго.