Невероятный «гасконский» темперамент, неподражаемый тембр «боярского» голоса, гром и молния в щеголеватых глазах… Кажется, он был всегда, лучший в мире д’Артаньян. Во всяком случае, модные сумки с его изображением разлетелись по пуританских нравов Стране Советов ещё при Брежневе (на другой стороне этой сумки была, разумеется, Пугачёва, тогда ещё просто Алла).
Внук обновленческого митрополита Ивановского и Кинешемского, Михаил Сергеевич Боярский родился 26 декабря 1949 года в Ленинграде, в семье актёров Театра имени Комиссаржевской Сергея Александровича Боярского и Екатерины Михайловны Мелентьевой. В кино дебютировал в фильмах «Мосты» и «Соломенная шляпка» (1974). Одна из лучших ролей – Теодоро в музыкальном фильме «Собака на сене» (1977).
Звёздный его час настал в 1978 году, с выходом культовой картины «Д’Артаньян и три мушкетёра». И ведь вначале его намеревались снять в роли Рошфора! Благодаря д’Артаньяну и популярным песням из фильма слава актёра достигла невероятных высот. И уже не оставляет, несмотря на врождённую скромность этого светлого «человека в чёрном».

– Михаил Сергеевич, вы только что с самолёта. Сибирская погода отличается от питерской?
– Нет, знаете, сегодня здесь практически то же самое, что у нас. В тех точках, по которым я в последнее время кручусь, погода резко не меняется. Бывает, конечно, если с Мальдив да сразу в Мурманск!
– К нам в город вы приехали по приглашению ювелирного дома. Отсюда и вопрос: обращаете ли внимание на украшения?
– Бывает, конечно. И в основном на мужчинах, потому что это всё в последнее время меня шокирует. У многих мужчин, помимо перстней, проколоты нос, уши и так далее. А на женщинах украшения смотрятся гармонично, поэтому нахального интереса, типа «позвольте посмотреть» – такого нет. Кстати, мне всегда нравился раритет Василия Борисовича Ливанова. У него от отца – а тому его отец подарил – роскошный лев с бриллиантами. Но в целом у мужчин я не очень люблю украшения, а вот женщин они украшают всегда. Начиная от подвесок королевы и вплоть до шкатулки моей супруги.
– В вашей жизни была личная история с подвесками?
– Такой шикарной, как у Дюма, нет. У Людмилы Зыкиной была, а у меня не случилась.
– Ваша дочь Елизавета в одном из интервью как-то заметила, что вы предпочитаете практичные подарки. Мол, лучше приобрести сковородку, чем «благородную» вещь.
– Это не обо мне, это о супруге моей! В её характере подарить носки, шнурки какие-нибудь. Я же, скорее, глупость какую-нибудь, напильник с бантиком… Сейчас никому ничего не нужно, вот в чём проблема. Поэтому подарок должен быть с юмором, изысканным, при нём коробочка может прилагаться с запиской, где очень трогательные слова. А вот подарить что-нибудь собственному ребёнку просто невозможно! Я захожу в магазин… Я боюсь эти магазины, пойдёшь и пока обойдёшь, дня два надо потратить. Четыре этажа по нескольку километров! Это невозможно. Я люблю дарить то, что надо достать. А доставать уже давно ничего не нужно. Невозможно! Это раньше было: палку колбасы принёс – и ты герой! Очень серьёзная проблема что-нибудь подарить.
– Неужели вы стояли когда-то в очередях за палкой колбасы?
– Конечно! Впервые в очереди, в которой я завис основательно, люди толпились за… носками с резинкой. Маялся я в той очереди часов пять-шесть, после школы и до вечера.
– Сейчас у вас на руке кольцо и часы…
– Это мне супруга подарила. Какой-то юбилей, скорее всего, тридцатилетие наших взаимоотношений. Я не помню точно, ношу его около тридцати лет. Оно несколько раз ломалось, его спаивали два раза. У меня ещё кольцо было, которое мне подарил один хороший ювелир. Оно было сделано по знаку моего зодиака, по дню рождения, в общем, он всё там собрал – имя, прочее… Оно было довольно странное: две змеи и какой-то камень. То кольцо потерять было просто невозможно. Он подарил нам на спектакле два таких кольца, мне и супруге. Все обращали внимание – что за кольцо такое чудное? На многих фотографиях прежних лет оно присутствует. Но поди ж ты – ухитрился потерять! Долго носил я его… Мне кажется, всё равно найдётся. Я даже знаю, где я его посеял: забыл надеть в Киеве, когда проснулся, опаздывал на самолёт, вскочил… Спросил у горничной. «Кольцо? Не видела, не знаю». Под ковром даже смотрели. Я не сильно расстроился, в общем. Хотя это единственный предмет, которым я дорожил. Потому что все спрашивали: что за кольцо, почему такие не продаются?
А то, что печатки всякие модно было носить, уже и забыл почти. Мне их много дарили, но я ни разу так и не нацепил ни одну. На спектакле ведь снимать надо все кольца – обручальное, и это вот надо снимать. И на съёмках фильмов в собственных кольцах не пощеголяешь, поэтому…
– Вы видели новых «Мушкетёров»?
– Нет. Хотя бы потому, что я не люблю Милу Йовович. Вообще не считаю её актрисой. С избытком насмотрелся её в рекламе.

продолжение на 3 стр.