начало на 1 стр.

Через некоторое время после этого в газете «Комсомольская правда» вышла разгромная статья про «Машину времени» под названием «Рагу из синей птицы», и мы одновременно попали под приказ о расформировании. (Автором статьи был Николай Кривомазов – собственный корреспондент «Комсомольской правды» в г. Красноярске; авторами письма – писатель Виктор Астафьев, главный режиссёр Красноярского государственного театра оперы и балета Максимилиан Высоцкий, солист, дипломант конкурса имени Глинки Евгений Олейников, директор Красноярской филармонии Леонид Самойлов, дирижёр Николай Сильвестров, поэт и драматург Роман Солнцев. – Прим. авт.)
– Доводилось ли вам путешествовать по Сибири?
– Я объездил всю территорию Союза раз восемь-десять, от Петропавловска-Камчатского до Калининграда, от Мурманска до Ашхабада. Некоторые города я не могу даже вспомнить. Как выглядит, допустим, Красноярск, я не помню совершенно. Зато хорошо помню зал красноярской филармонии с красными креслами, очень уютный, и всегда тепло встречавшую публику. Совсем недавно мы были в этом городе с «На-На», после концерта на сцену вышла женщина. Артисты уже ушли, часть зрителей вышла из зала. Женщина попросила людей остаться и рассказала, что однажды попала в автокатастрофу и всё время после этого думала, как покончить с собой. «Сегодня, – сказала она дальше, – я поняла, зачем мне жить». Совершенно потрясающие слова. Хорошо мне запомнился город Железногорск, недалеко от Красноярска, километров шестьдесят, наверное, где местные пытались нас замочить трубой. Тогда мы ездили еще в составе «Интеграла» вместе с Юркой Лозой. Мы пошли вечером в местный клуб на танцы, а местным пацанам это не понравилось. Я уже ушёл в гостиницу, как прибежал Лоза и заорал, что наших бьют. Я выскочил и увидел, что противники бегут на нас с трубой. Я её выхватил у них, она была длинная, металлическая, и мне удалось хорошо зацепить парочку парней. После этого они отстали. Лоза до сих пор мне обязан, не один раз я вытаскивал его из неприятных ситуаций.
Побывав в очередной раз в Новосибирске, я сфотографировал гостиницу напротив оперного театра. Такой чести она удостоилась тем, что единственный раз в моей жизни я напился там до беспамятства. Я не помню, чем закончился тогда вечер, как я заснул, помню только момент, когда проснулся. Поэтому Новосибирск мне запомнился как город, где один раз в жизни я был по-настоящему пьяный. В то время мы пили регулярно, но для того, чтобы расслабиться, снять стресс, по 200 грамм на ночь для уравновешивания метаболизма, и я, кроме того раза, норму не превышал.
– С какими политическими деятелями вы общались?
– До конца 90-х годов мы активно участвовали в политической жизни, в 99-м мы уехали в Америку. Многие противоборствующие политики были нашими друзьями. Например, Анпилов и Боровой, Хакамада, Немцов и Зюганов.
– Как у вас получалось со всеми дружить?
– Я всех политиков представляю в первую очередь россиянами. Без разницы, кто где находится: справа, слева или в центре. Для нас публика едина. Поэтому когда мы сотрудничаем с кем-то, я говорю: «Наше дело – собрать зрителей. Ваше дело – убедить их в своей правоте». Вот и весь расклад. Поэтому когда Зюганов в свое время объявлял импичмент Ельцину, я своим сказал: «Пойдем петь и тем и другим».
– 19 августа – день, когда начались события ГКЧП. Помните ли вы этот день?
– Очень хорошо помню. 19 августа я проснулся в гостинице «Ленинград» в городе Сочи, включил телевизор, а по всем каналам идёт «Лебединое озеро». Мне это показалось очень странным. Спрашиваю у портье, что у них случилось с телевизором. Тот отвечает, что не с телевизором случилось, а власть в Москве поменялась. Я был страстным поклонником Михаила Горбачёва, потом – Бориса Ельцина, потому что совок мне был противен, ненавистен в своей тупости, затхлости. Черненко, Андропов – все еле дышащие… И тут появился Горбачёв – свежий ветер, абсолютно разумный человек. Потом Ельцин. И вдруг появляются опять эти серые люди на сером фоне, Янаев с трясущимися руками и прочие. Вечером перед концертом я собрал ребят (Вова Политов и Слава Жеребкин свидетели) и сказал, что победа ГКЧП будет трагедией для нашей страны, и я готов пострадать во благо Родины. И если в ближайшие 2-3 года эти уроды, которые захватили власть, исчезнут с политической арены России, я вам всем заплачу тройную ставку за сегодняшний концерт. Вечером с горя я напился (но не до такой степени, как в Новосибирске), с главным режиссёром Государственного центрального концертного зала «Россия» Сергеем Винниковым. И мы с ним, убитые горем, а не водкой, заснули в трёхкомнатном номере гостиницы, который я снимал. Наутро выяснилось, что у нас украли все вещи, в том числе золотые, пачки денег, которые были на столе, профессиональную аппаратуру. А обещание заплатить тройную ставку осталось. Как оказалось, не надо было ждать три года, через три дня их не стало. Мало того, что меня обокрали 19 августа 1991 года, так я ещё заплатил тройную ставку коллективу. Потом я хотел подать в суд на ГКЧП, из-за которых мне был нанесён значительный ущерб, но это дело потом заглохло.
– Судиться вам не впервой. По каким причинам вы ещё обращались в суд?
– Люди пользуются популярными фамилиями, и обязательно какой-нибудь мудак подписывается «Жириновский» или «Алибасов». Больше, видимо, некем. Я подавал в суд на человека, сделавшего порочащую меня запись в «Живом Журнале» президента Медведева. К сожалению, в российском законодательстве есть много лазеек для интернет-провайдеров. Пост с гадостью от моего имени «провисел» в сети не больше суток, потом исчез. Наверное, модераторы «убили».
– Но, насколько я знаю, были и удачные дела. Например, вы отсудили у одного блогера, который назвал вас «татаро-казахским гастарбайтером», более миллиона рублей…
– Миллион сто. Дела стали идти с тех пор, как у нас появился очень хороший адвокат Сергей Жорин, который прославился тяжбой с Киркоровым, выступая адвокатом Марины Яблоковой. Он активно взялся отстаивать мою честь как артиста. Достаточно один раз кого-то наказать, и уже это даёт эффект. Некоторые думают, что выскочил из подворотни, тявкнул, спрятался – и никто не найдёт. А выяснилось, что найти всё-таки можно. Сейчас уже люди думают, прежде чем что-то сделать.
– По вашему мнению, национальный вопрос остро стоит сейчас в России?
– Острее некуда. Экономические проблемы – не главный мотив для разрушения государства, они не расслаивают население, а давят на всех. А когда возникают этнические конфликты, то это – прямой путь к развалу государства. Казалось бы, такое устойчивое государство, как Бельгия, под напором фламандцев и валлонов уже два года не имеет правительства, и всё идет к развалу государства. Совсем недавняя история – расстрел людей в Норвегии – это следствие распрей и конфликтов, потому что чувак, взявший в руки оружие и расстрелявший своих сограждан, таким образом привлекает внимание к проблеме исламизации Северной Европы. Это всё проблемы националистические, которые привели ко Второй мировой войне, разрушили не одно государство, начиная от Османской империи. Тогда англичане с помощью своей разведки разжигали распри между суннитами, шиитами и арабами разного толка. Австро-Венгрия и Рим развалились тоже из-за этнических противоречий. Советский Союз начал разваливаться после того, как начался конфликт в Нагорном Карабахе, вышли из состава Советов прибалтийские государства. Если власть не препятствует, а поощряет межнациональную вражду, то страна непременно придёт к развалу. Такое государство, как Россия, тяжело управляемое, неизбежно развалится по этой причине. Населения мало, оно убитое водкой, табаком, демографическая ситуация ужасная, коррупция на уровне воюющих африканских государств, где вообще нет закона, экономика валится. Всё разваливается: пароходы, машины, электростанции, поезда. Россия по катастрофам бьёт рекорды. И здесь национальная проблема – это пороховая бочка, атомная бомба, которую можно просто пнуть ногой, и она взорвётся. Мы ездим по стране, смотрим, как живут. В Якутии есть праздник добровольного присоединения этой земли к России. Я разговаривал с якутами: официантами, водителями, простыми людьми. Ни один из них не считает это праздником. Это раз. Во-вторых, никто не считает, что присоединение было добровольным. Какое же добровольное, когда пришел Ермак и сказал, что это наша территория? Ему никто не сказал «нет». А кто бы сказал? Они кочуют. Сегодня эта земля – основа временного российского экономического благополучия. Там золото, нефть, газ, алмазы. И каждый якут это знает, что его грабят. Америка, не добывая нефть и газ на Аляске, платит местному населению. Я не помню… Вов, ты не помнишь, сколько местным аборигенам платили, когда мы были на Аляске? (Обращается к Владимиру Политову. Тот отвечает: «10 тысяч долларов они получали». – Прим. авт.) Десять тысяч долларов платят аборигенам, которые там живут (это было лет пятнадцать назад), только за то, что там заморожены месторождения углеводородов. А в каких условиях живут якуты? Как только почувствуют, что лев ранен, как будут себя вести?
– Понятно, что захотят отделиться.
– И понятно, что миллион якутов, населяющих территорию пяти Англий и обладающих обширными природными богатствами, жили бы в шоколаде. А сегодня они не в состоянии вылететь из Якутии на лето куда-то отдохнуть, погреть свою якутскую задницу на песчаном берегу речки Сочи или речки Турции. Нет денег. В советское время люди летали свободно по всей территории СССР. Сейчас народ по пять лет не летает никуда. Вот что произойдет, если население почувствует, что власть слаба? То же самое произойдёт, что и с Советским Союзом. Вот что означает национальный вопрос. Это чрезвычайно болезненная, ахиллесова пята России. Я бы на месте правителей России сосредоточился только на одном: создание условий, при которых население вообще бы не чувствовало своей национальной идентичности. У каждого сейчас есть претензии, и в первую очередь к русским, потому что Москва ассоциируется не с украинцами, не с татарами, а с русскими. Даже нет претензий к евреям. Раньше был премьер-министр еврей, можно было хоть сказать, что евреи виноваты. Я до сих пор не врублюсь, как можно подпитывать межэтническую рознь в такой опасной, громадной и многонациональной стране, как Россия. Не понимаю, зачем вести страну к расколу, распаду. Неизбежно возникнет центральная, уральская, сибирская и дальневосточная Россия.
– Я читал на вашем сайте весьма любопытную трактовку истории России. Это ваше хобби?
– Мне интересно жить и мне интересно знать, где я живу, с кем и ради чего. Поэтому я изучаю эволюцию нашего государства, страны и наших народов, в частности, такую народность, как «советский человек». У русских нет даже слова, идентифицирующих их национальность. «Рус» – это викинг. Славяне (вятичи, кривичи, радимичи) называли себя русскими, то есть варягами, викингами. Или, по крайней мере, североевропейцами. Русы (викинги) выстроили себе в Киеве бастион для нападения на Византию. Они по Волге пробрались к Днепру, поставили крепость Хунигард (Киев) и оттуда набегами грабили византийцев, впрочем, как и другие викинги. Короче говоря, у русских нет самоназвания. Также у русских нет собственных имен и фамилий. Иванов, Петров, Симонов – еврейские фамилии. Пётр – один из двенадцати учеников Христа, еврей. Симон, Иоанн, Иоаким (Иван) – тоже еврейские имена. Александр – греческое имя. И так далее. Я знаю одно русское имя – Добрыня, и знаю парня, которого так зовут. Киев некоторое время был под властью Хазарского каганата, где государственной религией был иудаизм, и легко принял христианство, эволюционировавшее от иудейской религии. Киеву это было свойственно, а для Новгорода убийственно, поэтому на памятнике «Тысячелетие России» в Новгороде нет Ивана Грозного.
– А при чём здесь Грозный? Насколько я знаю из истории, его новгородцы не захотели видеть на памятнике из-за погрома в их городе, устроенного этим царём.
– Киев пытался лечь под Византию, потому что им правили викинги. А в Новгороде жило коренное славянское население со своей религией и отношением к миру. И Владимир Красно Солнышко послал в непокорный город своего дядю Добрыню Никитича, который баграми топил новгородцев, в частности женщин и детей, потому что они были потенциальными носителями традиций славян. Ставилась задача уничтожить под корень славян, и она не была решена вплоть до Ивана Грозного, и он пошёл их добивать. Но праздник Масленицы или Ивана Купалы до сих пор живёт, трансформировавшись из верований славян и скандинавских ариев, которые шли в Индию и везде оставили свои следы. У них там совершенно гармоничная система взаимоотношений со средой обитания. Еврейская религия – это религия кочевого народа, а у славян были верования оседлого этноса. Например, много производных слов от божества Род – земля, Родина, рожать, х.., влагалище, сеять – это были естественные слова славянской религии. Христианство пыталось подобные проявления удушить напрочь. А славяне, чтобы земля рожала, ее осеменяли. Когда сеяли урожай, нужно было осеменить собой. Всё это было связано с культом фаллоса, бывшим в античной Греции, Римской империи, других цивилизациях. Все слова, символизирующие рождение, превратились в мат. Поэтому я настаиваю на том, чтобы те, кто называет себя русскими, осознали свои истинные корни, чтобы они стали теми, кем были и процветали. Славяне были процветающим народом, которые ушли так далеко на север и благополучно выжили в тяжёлых условиях. Это крепкий и стойкий этнос. В геноме многих народов прослеживаются русские корни. Но не тех, кто из Скандинавии, а тех, которые славяне.
Если возвращаться к национальному вопросу, то у русских присутствует раздвоение сознания. С одной стороны, всегда уничтожавшееся славянское мироощущение, а новая еврейская система так и не появилась. Поэтому русское сознание мечется между этими двумя состояниями, что вызывает ассоциации с типичным примером тяжёлой шизофрении. Почему другие народы процветают – Корея, Япония, Китай, я уже не говорю о Западной Европе? Проблема только с российским раздвоенным сознанием именно из-за искусственного навязывания другой системы. Отсюда и борьба. Пушкин писал о бессмысленном и беспощадном бунте. Русский одновременно раб и бунтовщик. Это два состояния, которые одновременно испытывает наш человек. И Россия должна определиться со своей идентичностью, а идентичность России не в еврейской религии, а в северных славянах. Генами – славяне, а в башку впердолена еврейская религия.
– В прошлом году вы устраивали собственные похороны. С какой целью вы это сделали?
– Похороны – очень органичное мероприятие. Почему русские боятся похорон? Ведь все народы воспринимают смерть как естественное состояние. Славянские городища были построены вокруг кладбища. Захоронения были центром народного собрания – вече, потому что предки должны были участвовать в принятии коллективного решения. И так у всех народов, где органично развивается система мышления, мировосприятия, смерть – это закономерный финал некоего пути. Для российского сознания это не закономерный финал, потому что половина думает, что дальше будет что-то продолжаться в виде рая, ада и так далее. Американцы уже в 14 лет пишут завещание. Они, как правило, много путешествуют и знают, что с ними может что-то произойти, и чтобы родственники, близкие люди не бились лбами при дележе наследства, должно быть всё расписано и написано. У нас не успеет человек умереть, как начинаются пляски на надгробьях. Это противоестественно. Поэтому к смерти надо относиться легко, как к нормальному явлению на нашей планете. Человек уходил, с одной стороны, но он также и оставался частью общества. Во всём мире к церкви относятся адекватно. Кроме нас. Эту адекватность отношения я и хотел показать. Неизбежность того, что будет с каждым из нас. Не надо этого бояться. До своей смерти ты должен позаботиться о том, кто рядом с тобой, если их хоть немного жаль. А у нас зима, лето, урожай, гроза – и смерть всегда приходит неожиданно.
– Вы придерживаетесь какой-либо религии?
– Я воинствующий атеист, но воинствующий не в том смысле, что нападаю. Сегодня религия стала агрессивной. Она пытается вмешаться во все сферы деятельности человека, включая образование, здравоохранение и так далее. Это совершенно невежественное представление о сегодняшней среде обитания. Россия приняла христианство образца VII-VIII века. Как можно с теми мерками оценивать то, как мы сейчас живём? Адекватному восприятию действительности мешают абсурдные представления евреев трёхтысячелетней давности или христиан двухтысячелетней давности. Христос – один из самых противоречивых персонажей древности. Более противоречивой книги, чем Библия, не создавалось за всю историю человечества. Там найдешь всё, что хочешь. Любые аргументы в пользу любого явления или позиции. Религия – это инструмент политики. Христианство было избрано Константином, потому что ему надо было легитимизировать свою власть, полученную незаконно, и чтобы избежать наказания, он перенёс столицу из Рима в Византий и уже в 325 году нашёл религию, благодаря которой стал законным владыкой. Согласно христианству, царь (император) – это наместник Бога на земле, вот почему имеет право повелевать. Символ русского православия – купола. Они были созданы при императоре Юстиниане в честь проститутки Феодоры, его жены. Этот император сделал христианство единственной религией в Римской империи. Тоже редкий мракобес и деспот. Загнал на стадион 30 тысяч человек, не согласных с введением христианства, и всех перерезал. Кстати, в честь уже упоминавшейся его жены Феодоры, бывшей проститутки, построен Софийский собор в Константинополе. Вся история христианства – на крови, вражде и ненависти, она весьма противоречива. Европа избавилась от этого, приняв протестантскую ветвь христианства, где Бог вообще не вмешивается в повседневную жизнь человека. Это некое сакральное состояние. Российское христианство больше похоже на суеверие. Свечки, иконы, обряды… Религия не требует никаких вещественных доказательств, только веру. Это пытаются навязать детям в школах. Одновременно они будут проходить сингулярное состояние Вселенной, большой взрыв, строение атома, эволюцию.
– От такого можно с ума сойти.
– Это произошло со славянами, которые превратились в русских.
– Если перейти к миру материальному, то как вы относитесь к вещам? Важны ли для вас их статус и стоимость?
– Я абсолютно равнодушен к вещам. Автомобили, например, различаю только по цвету: зеленый, красный. Я никогда не носил украшений. (Показывает свои руки. Действительно, на Бари Каримовиче нет ни часов, ни цепочек. – Прим. авт.). Я не верю в гороскопы, но иногда что-то в этом есть, в плане общего описания личности. Из Близнецов Пётр I был бессребреником, не гнушался с рубанком на бревне сидеть; с Пушкиным, тоже не любителем роскоши, я родился в один день. Все они получали от своей работы удовольствие, как и я.
– Кто из ныне живущих близок вам по духу?
– Сложный вопрос… Я очень люблю и уважаю Лидию Николаевну Шукшину. Восторгаюсь Рэем Чарльзом, Литл Ричардом. Из политических деятелей современности мне импонирует Барак Обама, но больше всего нравится американский народ. Ещё в 1964 году чёрные в Америке заходили в автобус только через заднюю дверь, общепиты были раздельные для чёрных и белых. Прошло всего 50 лет – и американцы выбирают чёрного президента. Вот как эволюционирует сознание этого народа. Для того чтобы понять, как эволюционирует сознание русского народа, достаточно посмотреть, что творит РПЦ, загоняет в VIII-IX век, в то время как американский народ преодолевает проблему с начала образования государства, расовую проблему. 75% жителей США проголосовали за Обаму, большинство белых были за него. А у нас народ грабят по-чёрному, коррупция невероятных размеров, экономика существует только за счёт ресурсов, которые заложили динозавры… (На этой напряжённой ноте Бари Каримович Алибасов стремительно уходит – ему пора на выступление.)