Разговоры о строительстве в Красноярске нового диспансера для онкологических больных ведутся уже не первый год, но до сих пор начало застройки по разным причинам откладывалось. Несмотря на то что конкурс на строительство новых корпусов на Смоленской должен был состояться ещё в прошлом году, он до сих пор не проведён. Причиной очередной отсрочки стала жалоба строительной компании «Сибиряк», направленная в адрес Управления федеральной антимонопольной службы. Поводом для претензии стало то, что, согласно проекту застройки, возведением новых корпусов и закупкой и установкой габаритного медицинского оборудования должна заниматься одна компания. «Сибиряк» требует разбить этот лот на несколько разных, так как, по мнению компании, за время строительства оборудование может морально устареть.
Врачи-онкологи искренне возмущены: новые проволочки даются ценой жизней людей, месяцами ожидающих своей очереди на операцию.
«На сегодняшний день сложилась уникальная ситуация, – говорит главный врач онкодиспансера Андрей Модестов. – У нас есть понимание и поддержка со стороны исполнительной и законодательной ветвей власти, есть необходимый финансовый ресурс в размере 6 млрд рублей из краевого бюджета на три года строительства первой очереди. Подготовлен, прошёл государственную экспертизу проект нового диспансера, составленный лучшими медицинскими специалистами края. В этот проект заложено современное техническое оборудование, там же предполагаются новые технические помещения для оказания высокотехнологичных медицинских услуг. Вот-вот должен быть заключён государственный контракт после прохождения конкурса. И тут одна из компаний засыпает жалобами Заксобрание, губернатора, УФАС, тем самым отодвигая сроки строительства и ввода в эксплуатацию социально значимого объекта. На самом деле они спекулируют здоровьем и жизнями людей, желая получить заказ на возведение онкологического центра».
Возмущение врачей понять легко. Сегодня в Красноярском крае на учёте находятся более 48 тысяч онкобольных, ежегодный прирост составляет 3000 человек. Очередь на операцию для больных со злокачественной опухолью тянется от 20 до 30 дней, с доброкачественной – до полугода. При этом общий износ имеющегося оборудования составляет 90 процентов. Специалисты отмечают, что некоторые аппараты служат с 1993 года. Не хватает операционных столов, служебных помещений, очереди в регистратуру огромные…
Согласно новому проекту, до декабря 2013 года должны быть построены три корпуса с двумя сотнями единиц современного оборудования – хирургический, палатный, отделение маммологии и приёмное; во второй очереди, до 2016 года, – поликлиника, пансионат, терапевтическое отделение, пищеблок. Чтобы освободить место под новые корпуса, будут снесены старый радиологический и хирургический корпуса. При этом лечебный процесс не будет остановлен ни на день: и врачи, и пациенты будут переезжать в новые помещения по ходу лечения.
«Заявления о том, что заложенное в проект оборудование может устареть, совершенно непрофессиональны, – считает заведующий 1-м хирургическим отделением диспансера Сергей Селин. – Многие из представленных в проекте технологий имеют аналоги в России в единичных экземплярах. Для того чтобы определиться с выбором, делегация Минздрава, в которую входил и я, побывала в клиниках Германии. Мы посетили в Дюссельдорфе всемирную выставку «Медицина 2010», где отсмотрели всевозможное оборудование. Мы были в госпитале Виктора Гюго во Франции и познакомились там со всеми современнейшими технологиями, которые вполне реально применимы в наших условиях. Мы также посетили швейцарские клиники, изучали там опыт работы швейцарских коллег. В предместьях Парижа мы были на заводе, который изготавливает самое современное на сегодня оборудование для лучевой терапии и для компьютерной томографии. К нам сюда приезжала делегация из Баварии во главе с профессором Бекманом, крупнейшим мировым онкологом, который дал положительную оценку всем технологическим линиям, оборудованию, которое мы заложили в проект. Многое из этого не может устареть по той причине, что срок годности этих аппаратов очень велик, минимум 15–20 лет. Основные базовые элементы, которые применимы во всей этой медицинской технике, могут пройти усовершенствование путём придания им дополнительных опций. Это оборудование ультрасовременное и устареть не может. Мы знаем, на каких аппаратах мы хотим работать, что мы хотим иметь для улучшения диагностики и лечения».
В первую очередь планируется приобретение 64-срезового компьютерного томографа, магнитно-резонансного томографа на 1,5 Тесла, четырёх рентген-диагностических комплексов, двух маммографов, ортопанорамного томографа, аппарата для рентген-операционных, палатных передвижных установок. Всё оборудование – цифровое, но при этом достаточно габаритное. Как утверждает заведующая рентген-диагностическим отделением Наталья Меркулова, «оборудованием и строительством здания онкоцентра должна заниматься одна компания, иначе стоимость проекта возрастет. Ведь тяжёлое оборудование не стоит на потоке у производителя. На его изготовление требуется от 6 месяцев до года. Если в 2012 году будет сделана заявка на тот же магнитно-резонансный томограф, в это же время должно готовиться помещение. Аппарат делается полгода и завозится в помещение, затем только заделываются все технологические проёмы. Если одна компания будет строить, а другая привезёт аппарат, нам придётся заново ломать стены, чтобы его установить. Такие объекты должны сдаваться «под ключ», и это общемировая практика».
«Жителям края всё равно, кто будет строить онкодиспансер, – говорит Сергей Селин. – Им нужен, причём в самое ближайшее время, современный медицинский онкологический центр, где окажут доступную и квалифицированную помощь. И мы, врачи, сами в состоянии определить, какую технику установить в онкоцентре. Каждый должен заниматься своим делом. Мы и так задержали сроки проведения тендера, медлить больше нельзя. Потому что жители края нас просто не поймут».