начало на 1 стр.

Мне кажется, что если загонять на улицу достаточно спокойных политиков (а эти трое достаточно спокойные граждане, они по сути своей не радикалы, они даже не Лимонов), то будет результат как раз прямо противоположный – усиление радикализма в политической жизни.
– События на Манежной. Власти так напряглись, потому что действительно возможны какие-то страшные последствия от подобных стихийных бунтов?
– Да. Возможны. Суть опасений заключается в том, что в странах, где разница между самыми богатыми и самыми бедными чрезвычайно высока, очень сильно растёт маргинальный протест. То есть протест, не направленный на суть политики, а направленный на соседа, на которого и выливается ненависть. Ищется внутренний враг, который «виноват во всех моих бедах». А поскольку власть подобные настроения слегка поддерживала (у нас всегда было много политологов и партий, которые с успехом разыгрывали националистическую карту, тот же Рогозин) – в результате массы вдруг почуяли, что это достаточно легко сойдёт им с рук, и начали формировать уличные группировки. И через сеть Интернет собрались очень быстро, использовав убийство фаната «Спартака». Эта штука действительно опасная, она не контролируется властью. Власть пока что бессильна, поскольку внятной национальной политики в России нет вообще.
– В том же Интернете (как же странно писать это слово с заглавной буквы!) периодически сгущаются некие причудливые умозаключения. В частности, новым возможным президентом России – по меньшей мере, «претендентом в президенты» – называют и Рамзана Кадырова.
– Рамзан Кадыров явился результатом целенаправленной политики чеченизации конфликта. Когда власть поняла, что с помощью внешней силы навести в Чечне никакого порядка она не может, было решено, что нужно поддержать авторитетного, сильного, жёсткого вождя изнутри. Неважно, какое у него прошлое, неважно, чей он сын, неважно, какие группировки он может потом организовать, которые будут неуправляемы… Нужно конфликт перенести внутрь Чечни. И они его нашли, он же был сын Кадырова-старшего, который в своё время являлся боевиком, выступал против российской власти. Потом перешёл на сторону российской власти, поэтому его в конце концов и убили. Рамзан Кадыров работает как по закону, так и не по закону. Но, так или иначе, это авторитет, политический авторитет.
– Весьма авторитетным губернатором был Александр Хлопонин. Теперь он полпред президента на Кавказе. «Миссия невыполнима», номер такой-то. Послали домашнего, любящего комфорт парня «в места вечной охоты»…
– Ну, там бойцов и без него навалом. Направляя его на Северный Кавказ, имелось в виду, что он очень конструктивный, высокого уровня менеджер, что он сможет привлечь туда инвестиции, культурную жизнь и так далее. Это мирная миссия. А боевиков всех мастей там полно. С мирной миссией Хлопонин, может, и справится. Но это возможно только на фоне отсутствия военных действий. А война там продолжается, поэтому, конечно, менять ситуацию к лучшему в плане экономики и социального развития дико тяжело.
– А как чувствует себя на губернаторстве в Кирове ваш хороший знакомый Никита Белых?
– Я приезжала к нему. Трудно ему неимоверно. Трудно ему, но он старается.
Никита молодец, он пытается, он ищет, не успокаивается. Я верю в него.
– Теперь о ситуации с Лужковым. Как-то уж совсем по-русски получилось: кресла лишили, а денег лишились. Основная часть капиталов, нажитых непосильным трудом, благополучно осела в дальних буржуинствах. Где же конфискации, где уголовные дела, господа?
– Как вы думаете, каким образом мог столько лет безбедно существовать Юрий Михайлович Лужков со своей благоверной женой? Загребая огромное количество денег, строя свой необъятный бизнес, при этом совершенно запустив огромный мегаполис по имени Москва? Система взорвалась незадолго до его реального и неизбежного ухода, только более мирного, чем за счёт конфликта с Медведевым. Значит, он был в этой системе. И если на Лужкова заводить уголовные дела, там столько повылезает всевозможных лиц и физиономий! Ну кому ж это надо? Там круговая порука, поэтому никто не будет ничего заводить, никаких уголовных дел.
– Один из множества «народных» вопросов, присланных премьер-министру, звучал так: «Есть ли жизнь за МКАДом»?
– Нету там жизни! Средняя Россия – она ужасна. Жизнь есть, начиная с Волги, потом некоторые признаки её обнаруживаются на Урале. Жизнь очень сильная, интенсивная – за Уралом, то есть в Сибири и на Дальнем Востоке. А вот непосредственно за МКАДом – и до самой Волги – жизни практически нет. (Грустно усмехается.)  Там болото...
– Да и болота, если в прямом смысле их брать, в большинстве своём пересохли после чудовищных лесных пожаров. Кстати, Путину намекнули, что он рискует: возводя на месте пепелищ коттеджи с интернетом и спутниковым телевидением, власть неслабо провоцирует многочисленных «жаждущих» на поджоги.
– Здесь, скорее всего, будет очень жёсткий контроль налажен. И в случае чего станут уголовные дела заводить.
– Уголовное дело намечалось и по Анатолию Чубайсу. Саяно-Шушенская ГЭС ведь чудом устояла и сдержала восставший Енисей. Чубайс, мол, дореформировался…
– Я могу сказать одно: реформа РАО ЕЭС не дала результата прежде всего в плане снижения тарифов. Подключение к электричеству для предприятий очень дорогое, конкуренции пока не возникло. Ну, а техногенные катастрофы, как в своё время Чернобыль, теперь – Саяно-Шушенская, потом, помните, у нас ещё Останкинская башня горела, – это результат не отдельных чубайсов, это следствие того, что мы вообще не занимаемся обновлением основного капитала. Мы качаем нефть и газ, ковыряем землю, вытаскиваем оттуда всё, что только можно, и гоним на экспорт.
– А А.Чубайс и нанотехнологии. Разве на своём месте человек?
– Чубайс у Путина всегда на своём месте. То есть Чубайс берёт не тем, что он конкретно разбирается в чём-то, а берёт тем, что он, во-первых, пытается всё время учиться тому, чем он занимается, и по ходу дела учится серьёзно. А во-вторых, он чиновник, удобный для любой власти. Удобный прежде всего тем, что он – абсолютный профессионал в области управления крупными государственными проектами.
– Самым крупным проектом ближайшего будущего вскоре станет для России подготовка к футбольному чемпионату мира-2018.
– Данный чемпионат – способ нашей модернизации. Мы не в состоянии что-то делать ради народа каждодневно, но привыкли делать лишь ради показухи. Чиновники саботируют всё на свете. И, видно, Владимиру Путину пришла в голову идея: если эта машина вперёд никак не пихается, то пусть она движется навстречу страшным по масштабу и ответственности задачам, которые если не выполнишь, то всё обвалится – и тебя убьют просто. И вот за счёт этого страха и ответственности перед огромным количеством международных партнёров и показухи мы и двигаем Олимпиаду, чемпионат мира, «Формулу-1» и так далее. То есть у нас начинает что-то строиться только ради пиара страны.
– Демографическая яма всё углубляется, а при этом уже громко заявлено, что футбольная сборная России у себя дома выступит обязательно успешно…
– Ну, нету у нас ямы до такой степени, чтобы мальчиков ради одной футбольной команды не набрать. Главное, чтобы мальчики действительно играли в футбол. Для этого нужны не только стадионы, но и бесплатный допуск к реальному спорту, чего у нас нет и в помине. У нас всё теперь коммерциализировано. Даже если у вас талантливый ребёнок и его взяли в секцию, вы платите за всё, включая даже соревнования.
– В конце года, согласно традиции, определяется лучший футболист мира. По вашему мнению, кто более других достоин этого звания?
– Я бы выделила Криштиану Роналду и Андрея Аршавина.
– Как говорится, «если всё хоккей», будете ли смотреть матчи того самого ЧМ-2018?
– А почему нет? Я же ездила в этом году на Кубок мира в Южную Африку. Три матча посмотрела – два полуфинала и финал. Я голосовала за финансы… ой, в смысле – болела за испанцев! (Смеётся.)
– По всеобщему мнению, они победили справедливо.
– Да, я видела их настрой на борьбу. Накал страстей был потрясающий. Испанцы большие молодцы.
– А как вам вувузелы? Не глохнешь, когда сидишь на трибуне?
– Нет, наоборот! Они очень удобны на стадионе, потому что вы не слышите их невыносимо резко, как по телевизору, но зато когда обострение происходит на поле, все, кто сидят на стадионе, настоящие болельщики, все дуют в вувузелы – одновременно, короткими выдохами, и футболисты темп ускоряют по мере того, как происходит обострение около ворот. Это удивительно красиво, мелодично и гармонично выходит.
– К Сочи-2014 наши тоже, наверное, какую-нибудь нано-вувузелу замутят.
– Вы знаете, Сочи-2014 меня вообще удивляет. Это опять тот самый вариант, когда мы хотим решить проблемы внутренние за счёт внешней показухи. Вот я ехала у вас здесь в Красноярске и спросила: «А где вы на горных лыжах катаетесь?» Мне говорят – в черте города, потом ещё за 40 километров есть склоны оборудованные, потом ещё чуть подальше… Я смотрю – зима прекрасная, красивая тайга, горы живописные, ну всё есть. Почему Олимпиаду не сделать в Сибири? Во-первых, и куча объектов была бы, и люди за Уралом почувствовали бы, что они кому-то нужны. Зачем всё воротить в Сочи и рушить там уникальную экологическую ситуацию? Чтобы курортную систему поднять? Так это делать следовало ежедневно и не за счёт Олимпиады. Я не поняла и не приняла этого решения по Сочи.
– И Юрий Шевчук так же говорил. Мол, двумя руками за Красноярск, за зимнюю Олимпиаду в Сибири.
– Есть в этом рациональное зерно, потому что здесь народу мало, а пространства много. В Сочи народу много, а пространства мало. И что мы делаем?
– Путин пояснял, что в Сочи давно уже всё ветхим сделалось, требовалась глобальная реставрация.
– Я и говорю: мы решаем внутренние проблемы за счёт внешней показухи. Это неправильно, необходимо решать их каждый день. Для этого нужно делать власть более эффективной – проводить реальную административную реформу исполнительной власти.
– Выборы 2012 – тоже своего рода «олимпийские» игры…
– Оба лидера уже ведут кампанию. Но вместе они не пойдут – это точно. Только один из них пойдет.
– Игорный бизнес в России: хотели как лучше?
– Да, а получилось, опять же, как всегда. Те, кто играл, так и играют, только подпольно – и налогов вообще не платят. Во-вторых, никакого Лас-Вегаса у нас не получается. Да и не получится. Как возник Лас-Вегас? В пустыне, на никому не нужной территории. На мафиозные деньги. Землю не выкупали, им отдали её бесплатно, дальше делайте что хотите с этой пустыней. Поскольку денег было много, то вложились. У нас не получается, у нас бюрократия сильно мешает, поэтому не состоится российского Лас-Вегаса. Всё будет местечковое и никому не интересное.
– Новый мэр столицы, господин Собянин, чем-то интереснее Лужкова?
– Знаете, он же закрытый человек, поэтому какой он – неизвестно. Но уже чувствуется, что создаётся новое настроение, ему обязательно в первые два-три года захочется что-нибудь доказать. А Юрию Михайловичу давно ничего не надо было доказывать. Поэтому понравилось мне очень, что Собянин закрыл уже подписанный инвестиционный проект на строительство очень многих торговых центров прямо в центре Москвы. А то сколько ж можно: у нас нет стоянок, у нас ничего нет, а торговые центры растут, как грибы. Это ведь был беспардонный отмыв денег и всё такое. Поэтому я надеюсь, что будет лучше. Уже чуть-чуть легче при новом мэре стало.
– А что скажете о «национальных особенностях материнского капитала»? Многие пьющие мамаши используют эти деньги, чтобы ещё интенсивнее смачивать горло.
– Я считаю, что политика здесь в целом правильная. Нельзя политику проводить, опираясь на негативное меньшинство. Негативное меньшинство – это отдельная история, с этим надо работать. Но когда вы двигаете любую социальную инициативу, вы должны опираться на позитивное большинство. В данном случае – на то, которое хочет рожать здоровых детей и иметь помощь от государства.
– Чтобы рожать здоровых детей, нужно хотя бы условно вести здоровый образ жизни. Лично вы что-то можете порекомендовать тем россиянам, у которых есть чуток денег и желания держать свои традиционно «роскошные формы» хотя бы в относительно хорошей форме?
– Надо выбросить из холодильника все продукты, которые уж были химически обработаны и напичканы. Колбасы, копчёности, кетчупы, майонезы и так далее. Не есть после шести вечера. До этого времени можно есть всё, что вы хотите, но раздельно. Забыть о десертах, о хлебе и о картошке. А раз в неделю прилипать к холодильнику и обжираться – уплетать всё, что вы хотите, чтобы не было стресса. Утром натощак – аэробическая нагрузка любая: бег, велосипед, тренажёр – всё что угодно. И обязательно заниматься растяжками в любом виде, хотите – йога, хотите – пилатес, хотите – вас будет растягивать индивидуальный тренер. Итак, аэробическая нагрузка, небольшая накачка мышц и растяжка. Плюс правильное питание. И вы будете в форме в любом возрасте!
– После шести вечера не есть – это, видимо, для тех, кто в 23 ложится. А если в три ночи ложишься, то хотя бы после 23 часов не следует «налегать»?
– Нет, после шести вечера в любом случае нужно не есть ничего тяжёлого, калорийного. Можно есть фрукты, можно пить кефир, можно съесть кусок сыра белого, можно что-то забрасывать в рот. А вот «большую еду», с первым и со вторым – такую, сидячую, за столом, серьёзную трапезу «наотмашь», нужно обязательно закончить до шести. Я ложусь именно в три часа ночи, но я всё равно до 18 часов большую еду заканчиваю.
– И никакого гастрита?
– А почему должен быть гастрит? Вы, как только хотите есть, тут же закидываете. Вы никогда не голодаете.
– Не кажется ли вам странным и даже недопустимым решение отдать всё на откуп производителям, чтобы они сами контролировали качество продуктов питания и даже лекарств? В России и без того давно уже нет чистых продуктов, вместо них – химико-пищевые изделия.
– Мне кажется, давай не давай разрешения... Вот на Первом канале есть программа, называется она «Контрольная закупка». Там и рынки проверяют, и торговые павильоны шерстят, и юристов пытаются привлекать – всё равно бесполезно. Там послушаешь – не хочется уже в магазин идти и что-либо покупать. Половину видов селёдки, оказывается, есть невозможно, колбаса вообще не из мяса состоит. Поэтому я уж и не знаю, что здесь поможет. Наверное, должно быть мягкое лицензирование и самолицензирование. Плюс должна быть страшная конкуренция, не только между сетевыми магазинами, но и между малым бизнесом. В Италии же полно мясных лавок. Во Франции полно лавочек частных, где продаётся и шикарный бекон, и ветчина, и колбаса «мортаделла», и мясо всех видов, и ничего там нет испорченного. Потому что страшно конкурируют. Если у кого-то хоть один раз кто-то отравится, к нему больше никто не придёт.
– У нас генномодифицированные продукты продают в большинстве случаев без всякого упоминания о них. Соя плюс ГМО плюс глютамат натрия – и вперёд!
– Да, и вперёд! Такое положение дел и в Москве, и в провинции, порядка в этом вопросе вообще нет.
– А беспредел с алкоголем! На словах государство со «змием» якобы борется. На деле страшные дела творятся в открытую. Аптеки за чирик с небольшим продают 70%-ную настойку спирта под «медицинским» названием «Герботон» – и не зарастает народная тропа, протоптанная лицами с мятыми лицами. Россия – единственная страна в мире, продающая в аптеках подобное пойло.
– Я даже не знала, что у нас есть такое. Это, конечно, надо срочно запрещать. А что касается алкоголизма в целом, здесь запреты тупые не помогают. Всё уходит в подполье, будут гнать сами. Поэтому здесь прежде всего нужны рабочие места. Люди спиваются, потому что не могут найти заработки. И второе – пропаганда красивого потребления спиртного. Понимаете, люди должны перестать пить дома, они должны получить возможность выпивать и в дешёвых кафе, а не только в заведениях для очень богатых. Выпивать красиво – где будут подавать хорошее вино, где не будут хлестать водку и напиваться до одури. И в 11 часов вечера эти кафе должны закрываться. А вот в ларьках чтобы ничего не было. И вы знаете, уже ввели закон, чтобы спиртное не продавали после 23 часов.
– Согласитесь, что для российской деревни в этом плане даже теоретически невозможно предложить сейчас ничего «красивого». Там же вообще «туши свет»! Пьют даже то, что и не горит…
– В деревне – только работа. Ответственность фермера, когда он знает: напился – завтра погиб. Но если не напился, то богатый. Потому что можешь вырастить, продать урожай по хорошей цене и стать настоящим помещиком. Вот это очень важно.
– Да о каком фермерстве вы говорите? В Курской области на обанкротившейся птицефабрике сгрузили живых цыплят в самосвалы, а потом вывалили их в траншеи и заживо засыпали снегом с грязью. Вот оно – российское сельское хозяйство.
– А почему цыплят не продали?
– Ни у кого нет денег.
– Неужели их нельзя было вывезти хотя бы в соседний регион и прямо на улице продать, хоть по три копейки? Это же настоящий беспредел.
– Давайте уж лучше о чём-нибудь возвышенном поговорим. К примеру, про Киркорова…
– Думаю, в этот раз он легко не отделается. Раз уж эта оскорблённая женщина пошла на принцип, то должен быть суд. Ну а сам Киркоров, видно, в разнос пошёл, психика расшаталась.
– Напоследок – вопросы вразброс. Спонтанно или планово вы подходите к чтению?
– Я, как правило, выбираю. Сейчас читаю Питера Хёга, роман «Тишина». Хёг – это который написал «Смилла и её чувство снега». А «Тишина» – прямо такой роман вообще реальный, сильный, по-настоящему мужской. Философия на детективной основе. А ещё я читаю, что очень по-женски, мемуары: воспоминания о великой мадам Шанель.
– Тенденции в мире моды отслеживаете? Или «фиолетово»?
– У меня есть своя марка «ХакаМа», вместе с Леной Макашовой. Поэтому мы чуть-чуть отслеживаем, конечно. Я знаю, что пошла очень сильно в тренд военная форма, цвет хаки, защитный цвет. Даже туфли женские делаются в этой колористике. Пошли в ход генеральские погоны, вернее – маршальские эти, как их… эполеты! – огламуренные такие наплечники с железками, для женщин. То есть в ход пошёл такой ярко выраженный милитари стайл.
– Какие-то новые путешествия намечаются?
– Я мечтаю оказаться в дельте реки Меконг. Это Индокитай. Я хочу вспомнить кинокартину «Апокалипсис сегодня» и пройти весь путь, который прошёл солдат в «Апокалипсисе» – фильме Фрэнсиса Копполы.
– Один из актуальных для вас афоризмов.
– «Спеши медленно».
– В канун смены лет принято строить прогнозы, пытаться предвосхитить грядущее. Мне тут одна из бессонниц подбросила цифры, а именно: 8.08.8888. Не знаю, почему именно эти, но возник вопрос: интересно, а доживёт ли современное человечество до 8 августа 8888 года, то есть до девятого тысячелетия «нашей» эры. Я бы хотел прочесть (или написать?) фантастический роман примерно об этом времени. Вот тогда уж, видимо, апокалипсис неизбежен. А вы как полагаете – доживёт ли «мир»?
– Я думаю, нет. Человечество лезет на рожон. Мне кажется, мы постепенно изводим себя. Потому что не научились сосуществовать с природой. А природа, она всё-таки сильнее, и она нас уничтожит. Это видно ещё и по тому, что мы едим, чем мы дышим, чем мы болеем. Пошло расшатывание очень сильное в том числе и по климату. Мне кажется, мы обречены быть уничтоженными, а на нашем месте появится новая цивилизация. Может быть, другого уровня. Тогда мы научимся не ковырять свою планету, а научимся управлять своей звездой. Использовать солнечную энергию.
– Традиционная религия в подобном плане – совсем уж не помощница…
– У нашего народа нет истинной религиозности. У нас есть лишь мода на религию: яйца красить на Пасху, бегать на Рождество в церкви, со свечками стоять, посты соблюдать нам понравилось – такой способ диетического питания… А религиозности нет. Религиозность – это когда ты можешь и в церковь не ходить, но у тебя внутри есть нравственные нормы, которые ты не переступаешь. К примеру, ни при каких обстоятельствах не может стать истинно религиозным человеком тот директор завода, который выплёвывает кучу вредных веществ в реку или в воздух. А религия помогает лишь в том случае, если ты стал истинно религиозным человеком.
– Совсем скоро Новый год. Что-то конкретное уже предвкушается?
– Новый год я очень люблю, но я пока не знаю, как именно его проведу. Мы планируем, но у нас всё пока только в системе риска. Боюсь конкретизировать, а то сорвётся.
– Из предыдущих «новогодий» какое запомнилось особенно?
– У меня был очень странный Новый год в 2004-м, когда я 29 декабря приняла решение персонально пойти в президентскую кампанию. До 1 января нужно было сдать все документы! То есть мы утром 31 декабря танцевали с мужем, а потом помчались делать документы. И 1 января с утра я была уже в избиркоме. Это был действительно очень смешной Новый год!
– Не забыть бы ещё спросить о ваших любимых исполнителях…
– Очень люблю Жака Бреля, особенно его потрясающий хит «No me quitte pas». Я даже знаю место, где он это написал. А вообще-то я люблю рок. И того же самого Юру Шевчука.
– Диалог Шевчука и Путина…
 – Художник и власть. Романтик и царь!
– Ничья – 1:1?
– Да, так и было. Ничья. Один смог показать свою мощь, а другой как романтик был настолько искренен, что даже если и беспомощен, то ему всё прощается.
– Смею предположить, в данном случае «романтиком» был не Владимир Путин.
– Нет, конечно! (Улыбается.)