Ректор Сибирского федерального университета (с ноября 2006 года).
Доктор биологических наук, профессор, академик РАН.
Родился и вырос в Красноярске. В 1971 году после окончания Красноярского государственного университета продолжил заниматься научными исследованиями. Прошёл путь от инженера до директора Института РАН.
Является признанным в мире исследователем в области дендроэкологии, мониторинга лесов и моделирования экосистем. Автор более 200 научных статей, опубликованных в российских и международных научных журналах, автор и соавтор 8 научных книг, три из которых изданы за рубежом.
За четыре года в должности ректора СФУ построил успешную модель управления университетом, которая позволила осуществить ряд целевых программ и инвестиций в рамках долгосрочной стратегии развития федерального университета.
Кавалер знака «Общественное признание». Неоднократно награждался почётными грамотами Президиума РАН, ряда министерств (внутренних дел, обороны), губернатора края, главы города Красноярска.

– Евгений Александрович, Сибирскому федеральному университету исполнилось четыре года. И хочется уточнить – «уже четыре!» или «всего лишь четыре…».
– Много это или мало – четыре года в науке и образовании? С точки зрения достижения самых высоких или каких-то этапных конечных целей, я считаю, что это, безусловно, малый срок. Правда, ещё в самом начале, при обсуждении программы развития университета, перед нами ставились и ближние, и дальние цели. При этом и даты становления назывались разные, в частности – 2015-й год. Сейчас назрела необходимость новой программы, которую мы должны подготовить и защитить. Она охватывает период развития СФУ до 2020 года. Дело в том, что пока эти четыре года мы последовательно развивались, некоторые важные приоритеты в стране стали меняться. Они более ориентированы на новое в производстве, на то, что принято называть словом «инновации».
Чтобы сделать серьёзный прорыв в образовании, а тем более в науке, четыре года – это, конечно, не срок. Образование и науку в данном контексте можно вообще рассматривать как определённый естественный процесс, в ходе которого невозможно разом прыгнуть из незнания в знание. Или из запоздалых, устаревающих знаний – в самые передовые знания. Здесь обязательно нужно пройти процесс освоения тех высот, которые мировой наукой уже достигнуты. И когда я слышу о том, что, к примеру, учащиеся техникумов занимаются наукой, меня это обескураживает, поскольку девальвирует само понятие – «занятие наукой».
Это же касается и образования. То, что сейчас требуется от элитного образования, должно в первую очередь ориентироваться на самую высокую планку научных достижений. То есть преподаватель должен досконально разбираться не только в своих профильных предметах, но и ориентироваться в области мировых научных достижений по своей теме. Именно эта сложность потребовала от нас некоторых специальных действий, при этом мы параллельно занимались и созданием материально-технической базы. Важно отметить, что без неё ни о какой науке речь вообще не может идти, поэтому одно из основных наших достижений – создание серьёзной материально-технической базы в университете. Более 70% всех средств мы вложили именно в оборудование и специально подготовленные помещения, формирование разветвлённой инфраструктуры.
Всё то, что работает на науку, должно работать и на производство. В связи с этим необходимо чёткое взаимодействие в использовании приобретённой аппаратуры и собственно интеллекта, мозгов. Мозги, не подкрепленные современным оборудованием, это тоже плохо, и это мы проходили в 90-х.
– Кстати, о «мозгах». Преподавательские кадры вас устраивают?
– Преподавательские кадры – они очень разные. Есть действительно такие преподаватели, которые, несмотря на тяжёлое время, всё равно старались выдерживать очень высокий уровень работы, по возможности много занимались наукой и, естественно, в преподавании сохраняли достойный университетский уровень. Но есть и такие, которые когда-то научились работать по определённым стандартам – и вот уже лет 10–20 продолжают лишь пытаться сохранить инерцию. Это не значит, что у них нет шансов или желания измениться, но таким людям приходится значительно сложнее.

продолжение на 3 стр.