начало на 1 стр.

– Мария Мутола очень долго держалась в мировых лидерах, совсем недавно ушла на покой. Кстати, вот сейчас до Семени все докапываются – девочка или мальчик? А ведь Мутола тоже с литыми мышцами и мужскими чертами лица бегала.
– Я никогда не привязывала скорость к внешнему виду. Уж поверьте, когда я бежала на Олимпийских играх, выглядела не краше, чем девушки, о которых вы сейчас говорите, что они выглядят «не так». Соблюдать корректность необходимо в любом случае. Я вот смотрю на себя, когда я пробежала, сразу после финишного створа, – это, конечно, нечто! Страшней женщины в стране ещё не было: измождённое лицо, нечеловеческая усталость во всём организме, жуткое обезвоживание!
А что касается Мутолы и Семени, главное их различие в том, что Семеня отличается какой-то неестественной лёгкостью в достижении результатов. Это и вызывает больше всего сомнений. Мутола была, может, и не идеал женственности, но ведь не об этом речь. Она показывала адекватные для женщины результаты. И шла к ним постепенно. Ведь мы же знаем друг друга как раз по плавному росту результатов. А Семеня с легкостью преодолела то, к чему спортсмен идёт годами.
– Не жалеете сейчас, что рановато закончили карьеру?
– Меня травма остановила. Ахиллово сухожилие. Желание тренироваться и выступать имелось огромное, но уже понятно было, что седьмая операция – это предел, никакой человек такого не выдержит. Восстанавливаться всё трудней и трудней становилось. И, знаете, будучи уже взрослой женщиной, я часто ловила себя на том, что вот сижу я в каком-нибудь уютном месте – и мысли приходят о превратностях судьбы, о преодолении, и возникает нечто вроде благодарности… самой себе. А почему самой себе? Да потому что только сейчас понимаю, какой серьёзный труд я затеяла, будучи ещё 11-летней девочкой, какую я работу проделала, сколько выдержала трудностей, порой оставаясь без поддержки, без помощи, без совета. Похожа я бывала на ощетинившегося волчонка, который беспомощно барахтался и вёл какую-то свою тайную жизнь с единственной целью – выжить и остаться на плаву. Поэтому я и говорю себе «спасибо» за силу характера. А когда вижу сейчас девчонок и мальчишек, идущих с рюкзачками, с кроссовочками, с коньками на тренировку, думаю: «Вот они молодцы!» И мысленно благодарю их родителей, потому что родители нового поколения уже понимают толк в спорте. Уже хотя бы потому, что видят – сколько больших спортсменов выросло на красноярской земле, сколько здесь олимпийских чемпионов, это же настоящий клад. Мы всегда находились здесь на таком уровне, что на Красноярский край рассчитывала вся страна. И кому, если не нам, сибирякам, рождать и воспитывать чемпионов?
– Но как же всё-таки вы не уберегли ахилл?
– Сказались нагрузки. И травмо-опасное покрытие на стадионах, где мы тренировались. Если вспомнить, какие условия были там в прежние времена, то выигрыш на Олимпийских играх покажется настоящим чудом. Однажды немецкие специалисты приехали на подмосковную олимпийскую базу, где готовилась наша сборная. Когда они посмотрели, где я бегала и в каком тренажёрном зале занималась, они «понимающе» улыбнулись, сняли всё на плёнку, записали для отвода глаз парочку комментариев… А в самом конце дня подошли и говорят: «Светлана, мы такой долгий путь проделали, мы хорошо к вам относимся, у нас нет никакого скрытого подтекста, и всё-таки, может, покажете нам, где вы действительно тренировались? Может, какие-то у вас супертренажёры, которые вы не хотите раскрывать?» Я говорю: «Нет-нет, друзья мои, я не лукавлю. Мне не очень хотелось об этом рассказывать, поскольку всё это достаточно стыдно. Но я проявила сверхискренность и действительно показала вам место, где я тренировалась. Мне неловко, но поскольку вы говорите, что проделали такой путь, я пошла вам навстречу». Это был тогда шок для всех представителей СМИ, которые приезжали. К счастью, сейчас условия для ведущих спортсменов России значительно улучшились.
– Ваша дочь Анастасия серьёзно занимается большим теннисом. Станет ли она профессионалом?
– Ей 15-й год, и в прошлом году она стала чемпионкой России по своему возрасту. Получила грант на бесплатное обучение в международной детской теннисной академии Шамиля Анвяровича Тарпищева, в которой она в основном и тренируется. Для большого тенниса получить бесплатное обучение – дорогого стоит.
Настя говорит о теннисе: «Для меня это не только спорт, а стиль жизни». Я как мама записала себе это в невидимый дневничок: «Пять! Правильно сработала». То есть ребёнок имеет настоящую цель, ребёнок старается стать профессионалом.
– Кто для неё пример в теннисе?
– Роджер Федерер. Это наш кумир. Единственное, нам не нравится, что он иногда плачет после своих побед. Нам это не подходит, но мы великодушно прощаем нашему кумиру его слёзы! (Смеётся.)
– Знаю, что вы поклонница футбола. Как отнеслись к тому, что сборная России всё-таки не пробилась на чемпионат мира в Южную Африку?
– Конечно, с сожалением это восприняла. Мы даже готовили специальное поздравление для нашей сборной, и за участие в агитации, за поддержку российской команды мне был подарен мяч с автографами ребят. Мы были буквально в полуметре от стартовой площадки на чемпионат мира! И сетка хорошая получилась, могли бы и там побороться. Но всё же не будем своих корить.
– Была информация, что футболисты наши накануне битвы со Словенией гуляли, кутили, кальян курили…
– Мне кажется, это вообще нереально. Возможно, причина скандала кроется в том, что очень редко наши ребята встречаются с друзьями и семьями. Может, кто-то подъехал из друзей поддержать: «Давайте по чайку-кофейку, а я кальянчик покурю – ты посидишь рядом, тебя же не сильно это смущает?»
А в то, что они сами прикладывались к кальяну или выпивали, я не верю. Зная ребят сборной, зная, как они хотели попасть на чемпионат мира... И потом – от каждого негативного выступления у них ведь зависит их спортивная судьба. Все хотят быть Аршавиным, но не у всех есть возможность. Поверьте, эти спортсмены знают, как можно жить красиво, богато и весело. Никто этого не отнимает. При этом нет у них навязчивой идеи пойти и «вскладчину» кальян покурить. Они это могут делать круглые сутки – в самых фешенебельных заморских отелях. В космос могут слетать при желании, денег хватит, уж простите за подробности. Поэтому скорей всего это друзья приехали их поддержать, на секунду ребята спустились пообщаться, чтобы снять напряжение. Ведь такая ответственность, стресс – и тупо лежать в номере, пялиться в потолок и бегать с мячиком внутри своей головы, теряя нервную энергию. Когда я участвовала в Олимпиаде, очень страшно было пережить ночь перед финалом. При этом я понимала: кто будет спать спокойнее, кто быстрее и крепче заснёт, тот, скорее всего, и выиграет. Ведь все были достойны победы. Я тогда в олимпийской деревне выходила вечером и прогуливалась. И если бы увидела друзей, ребят, которые сидели бы кучкой и общались (не курили, не пили, естественно), я бы аккуратно спустилась и просто рядышком посидела бы, чтобы хоть немного отвлечься. Думаю, то же самое было и с нашими футболистами.
– Недавно узнал, что вы коллекционируете номера от автомобилей разных стран. Приезжаете куда-нибудь в «чопорную» Голландию и отрываете от автомобиля?
– Моя коллекция началась с очень хорошего проекта – «Фактор страха». Мы были в Аргентине, и я увидела, как на одной из улиц почему-то валялись автомобильные номера. Думаю, дай-ка подберу один. А он такой старенький, пошарпанный, с историей! Потом попросила свою приятельницу-аргентинку, чтобы она прислала мне ещё какой-нибудь аргентинский номер. Она так и сделала. А я ей послала русские конфеты, очень вкусные. Так и завязалась наша дружба, и началась моя коллекция. Потом уже многие мои друзья, желая помочь мне в коллекционировании, привозили номера из Америки, из других стран, тоже заразились моим хобби. Но я сделала пометку: «Друзья, я собираю номера только тех стран, где побывала сама». Прошлым летом в испанском городке случилось небольшое ДТП на местном сельхозрынке. Прошёл сильнейший ливень, шквальный просто – и возникла авария. А поскольку они все там застрахованные, у них особенный менталитет в этом плане, все тут же разъехались. Но оставили «лично для меня» номера сразу от двух машин. Как коллекционер я была просто счастлива: два номера с разных автомобилей европейского союза я захватила с собой! Они, конечно, были на учёте, и мы переживали с дочкой, что меня арестуют на границе, а номера эти заберут! (Смеётся.) Нас трусило так, словно мы какие-то воришки.
– С кем из спортивных звёзд вы поддерживаете приятельские отношения?
– К сожалению, многие из моих друзей-спортсменов разлетелись по разным городам и странам. Хотя, впрочем, расстояния сейчас не помеха. Перезваниваемся с Юрой Борзаковским, поздравляем друг друга. И с семьёй его я дружна, мы можем приехать друг к другу в гости, обсудить какие-то вопросы. Я дружу со своими бывшими европейскими соперницами через социальную сеть Facebook. Поддерживаю отношения с великими спринтерами Карлом Льюисом и Донованом Бэйли. Со многими спортсменами мирового сообщества мы переписываемся, каждый раз сбрасываем друг другу сообщения о том, что мы делаем в жизни, взаимно радуемся успехам, поздравляем друг друга. Я очень коммуникабельна, и нет такого человека, с кем при встрече я не обнялась бы и не пожала ему руку.
– Как сейчас поживает «Карл Великий»?
– У него есть программа – «Бег навсегда», пропагандирующая жизнь в динамике, в движении. Карл Льюис принимает участие во многих промоакциях, он вообще пропагандист здорового образа жизни. У него очень хороший сайт, куда заходят все желающие, и Карл лично общается со своими поклонниками. Он делает широкую рассылку о том, чем занимается, регулярно готовит отчёт о своей работе. В этом он, конечно, большой молодец.
– Вы нередкий гость на телевидении, участник многих проектов.
– У меня нет директора, который занимается пиар-кампанией моей персоны, меня приглашают на телевизионные проекты по обычному звонку. Когда поступает предложение, я обсуждаю: о чём проект, что несёт он в себе, что могу я там сказать. Если всё устраивает, обязательно приобщаюсь. Но я никогда не снимаюсь в сомнительных мероприятиях, в каких-то реалити-шоу или фотосессиях для «Плейбоя», которые могли бы исказить мой сложившийся образ. Какой я есть человек, такие и программы выбираю. Достойные. Если я хочу танцевать, то всем показываю, что танцевать – это прекрасно и все это могут. Я стараюсь нести такой посыл, что нельзя после окончания спортивной карьеры зацикливаться на каком-то одном проявлении себя. К примеру, я не могу стать тренером, не чувствую себя талантливой в этой сфере. Поэтому я просто дерзаю, и многое получается. Главное – не останавливаться на достигнутом.
– Вы ведь, помимо всего прочего, ещё и телеведущая.
– Я веду программу «Еда без вреда». Это «Первый канал», Всемирная сеть. Сеть эта распространяется на Европу, Азию, на все существующие платформы «НТВ+». Есть такой телеканал – «Телекафе» – и в его сетке существует моя программа. Поскольку цифровое телевидение в ближайшее время будет доступно каждому, «Первый канал» стремится расширяться, размножаться и быть максимально полезным своей аудитории.
– Сами-то где черпаете знания о правильном питании?
– Во многом помогает житейский опыт. Немало информации, которую я провожу через свои телепрограммы, берётся из той же информационной сети. Есть вопрос – есть ответ. Допустим, если я в программе задаю вопрос специалисту, он даёт рекомендации по поводу рационального питания или здорового образа жизни.
Если я сейчас скажу, что «вода – лучшая еда» и не нужно бояться воды, дабы не поправиться, это действительно так. И тут же я добавлю, что вода страшна, когда вы едите много солёного или вообще много едите. Вот тогда бойтесь воды, потому что в данном случае это основа для вашего целлюлита.
– Вы достаточно долгое время жили в Испании. А там едва ли не молятся на оливковое масло. На столах оно присутствует повсеместно, как у нас солонки. Практикуете его в своём рационе?
– Конечно! Но при этом я хотела бы сказать, что наше подсолнечное масло – самый лучший продукт для человека, живущего у нас в северных широтах. И вообще масло нужно употреблять в основном то, что выращено и изготовлено в регионе, в котором ты живёшь. Это будет правильно для генетики, для организма. Поэтому для нас самое лучшее масло – подсолнечное. А оливковое – некий деликатес, его мы можем употреблять в качестве каких-то вкусовых добавлений. На нём нельзя жарить, его нельзя использовать при тушениях. Это как капелька уксуса, как чисто вкусовой компонент. Оливковое масло – достаточно чистое, им можно делать протирания кожи, это никому не повредит. Но можно ведь и подсолнечным маслом это делать, и его недооценка несправедлива. Оливковое масло, как шаром в боулинге, сместило наше масло, которое очень полезно. Нужно лишь делать различие между рафинированным и нерафинированным маслом, от этого зависит качество приготовления и польза продукта.
– Вы рекомендуете нерафинированное?
– Рафинированное – только для обжарки. Когда масло меняет свои свойства, в нём нет никакого толку. А энергетически правильное масло должно идти в пищу как витаминка, как живительный эликсир. И уж если совсем честно советовать, то жарить ничего нельзя. Лучше готовить на паровой бане, это идеальный вариант.
– Неужели и сами успеваете так делать?
– Я так и ем – правильно и рационально.
– Наверное, домработница помогает?
– Нет, только сама. И при этом хочу подчеркнуть: чтобы питаться правильно и быть здоровым, для отдельного человека и для целой семьи, это очень экономно и дёшево. Как и вся прогрессивная общественность, я призываю людей питаться просто и скромно – как ели наши предки: картошечка отварная, мясо на пару, много овощей. Можно, конечно, картошку и пожарить, вспомнить детство, когда бабушка готовила её с золотистыми шкварочками – как особенно мы любим, сибиряки. Но это лишь иногда дозволяется – как кремовый торт на праздник.
– У вас на руке очень стильные часы. Чем не повод поговорить о моде, об аксессуарах…
– Я могу и скромно одеваться, в какие-то визуально непритязательные одежды. Есть, конечно, и предпочтения: я очень люблю хорошие сумки, у меня приличная коллекция практически всех брендов. Есть некоторые вещи, весьма для меня значимые, – это некоторые из бриллиантов, это часы, это любимые серёжки. Но я не гонюсь за количеством и за размером бриллиантов. У меня есть определённое понимание того, что именно мне нужно. Хотела купить себе кольцо – и я его купила, ещё 15 лет назад, на призовые. Купила также часы и серёжки презентабельные, которые всегда важны для гардероба женщины и должны быть в её шкатулочке. Такие вещи у меня существуют для того, чтобы они потом передавались из поколения в поколение. Я этот смысл в них поддерживаю.
А что касается стиля одежды, то вполне допустимо одеваться и весьма скромно. Но я всё-таки предпочитаю и советую делать акцент какого-то качественного элемента. Допустим, должна быть настоящая обувь. Если одежда не может испортить вашу фигуру качеством использования, то обувь ноская требуется, она должна быть полезная, она должна быть влагоустойчивая (или наоборот). То есть обязательны чёткие параметры. Качественная обувь служит хозяину долгие годы – и вдвойне хорошо, если это ещё и в превосходном виде происходит.
Лицо человека, его внешний облик, его костюм, кто бы что ни говорил, в течение первых десяти секунд знакомства дают основное представление о человеке. Именно в этот момент можно многое понять о субъекте, в том числе и узнать – «твой» ли это человек. Это потом уже предстоит открыть створки души и узнать всю подноготную интересующего вас персонажа.  Пообщаться с ним и понять удручённо: этому эгоисту вообще на фиг ничего не надо, он весь в себе! У него золотая с бриллиантами душа и сердце из крокодиловой кожи. Грубо, конечно, сказано, поскольку надо ведь беречь животных...