начало на 1 стр.

Это очень сложная практика. Получается, что если в доме совсем нет тепла или температура в жилом помещении не соответствует нормам, мы должны наказать ТСЖ либо управляющую организацию. Они в регрессном порядке должны выставлять свои претензии поставщикам ресурсов. Но содержание договоров, которые они заключают, зачастую не позволяет защитить человека и выставить серьезный иск. А мы беремся за это. Пока для нас это новая судебная практика, но мы работаем по ней всё активнее. Ряд судов уже выиграли.
Следующая существенная проблема: нехватка средств в бюджете и отсутствие возможности у многих собственников ремонтировать общедомовое имущество. Во время проверок наши инспектора всё чаще отмечают неудовлетворительное техническое содержание жилого фонда. Если раньше всё было «наше», государственное, то теперь большинство квартир приватизированы и должны ремонтироваться за счет собственников. Но последние только сейчас начинают осознавать, что свою приватизированную собственность необходимо содержать, обслуживать, вкладывать в нее деньги.
Говоря о строительном надзоре, я бы особо подчеркнул, что наша служба курирует и строительство дорог. О проблемах, связанных с дорогами, пожалуй, наслышан каждый. Их огромное количество, включая те случаи, когда асфальт закатывают в лужи или снег. В определенный момент мы вынуждены были организовать горячую линию по проблемам строительства дорог. У нас есть сотрудники, которые принимают звонки и реагируют на них. Если вопрос входит в наши полномочия, инспектор выезжает и работает по конкретному случаю. Если же это полномочия муниципального образования, то мы предоставляем ему право разбираться в проблеме.
– При проведении проверок соблюдаются строго определённые процедуры?
– Прежде всего, мы обязаны должным образом уведомить человека о проведении проверки. Необходимо соблюсти все требования законодательства в процессе проверки объекта или организации. В противном случае о наших действиях могут быть уведомлены органы прокуратуры. Да, сегодня именно возможности демократизации зачастую играют в защиту нарушителя, как это ни прискорбно. Люди, совершившие определённые правонарушения в области строительства, вправе обжаловать решения службы в суде. А уж там – кто лучше изложит ситуацию. Мы установили нарушение и усмотрели в действиях застройщика определённую угрозу жизни человека или возможное причинение вреда муниципальному (или государственному) имуществу. Противная сторона доказывает нечто обратное. К сожалению, иногда суды принимают не нашу сторону.
– Один из «камней преткновения» – перепланировка жилья...
– Жилищный кодекс довольно серьёзно подошёл к этой проблеме. Сейчас при перепланировке жилья у муниципального образования есть право подать исковое заявление в суд о выселении человека. Причём без предоставления жилья! Это очень серьёзное наказание. Когда возникает вопрос, законна ли перепланировка, разобраться в нём предстоит службе. На место прибывают наши инспекторы, проверяют наличие документов, в первую очередь, проекта, и в случае отсутствия таковых наказывают нарушителя. Удивительно, но сумма штрафа за самовольную перепланировку составляет сейчас всего 2 – 2,5 тысячи рублей! Поэтому многие из тех, кто затеял перепланировку, без вопросов оплачивают эту сумму. Но этим дело не ограничивается. Мы разъясняем нарушителю его права и обязанности, и если он не принимает никаких мер, сразу же направляем письмо в органы местного самоуправления о необходимости принятия мер в соответствии с требованиями действующего законодательства.
Вообще перепланировки, тем более незаконные, – очень серьёзная проблема, их огромное количество вызывает определённую тревогу. Когда проектировщик делает расчёт на конкретный жилой дом, он рассматривает весь дом целиком и устанавливает соответствующий уровень нагрузки. При перепланировке каждая квартира рассматривается отдельно. Технически такой процесс представляет большую опасность. Думаю, что в конце концов мы придем к необходимости проведения технического обследования каждого дома. И это не страшилки, прогнозы действительно не очень хорошие. Подобные процессы могут повлечь за собой очень большие проблемы.
– В рамках строительного надзора ввод некоторых объектов осуществляется через суд. В каких случаях это может происходить?
– Когда, допустим, застройщик нарушает требования утвержденной проектной документации и строительных норм и правил. Существует практика, когда регистрируется незавершённое строительство, а потом через суд признаётся право собственности на созданный или реконструированный объект капитального строительства. Получается, объект узаконен. В Красноярске есть целый ряд объектов, которые были введены через суд. После ввода в эксплуатацию наши полномочия заканчиваются, а объект остаётся и продолжает эксплуатироваться, но никто не знает, с какими, возможно, нарушениями он строился. Это по-настоящему серьёзная проблема и пробел в законодательстве.
Если помните, год назад большой шум вызвал «Авеню» – торговый комплекс на перекрёстке Мира – Вейнбаума, который за незаконную эксплуатацию был опечатан судебными приставами на определённый срок. В данном случае мы вынуждены были подать в суд для приостановления эксплуатации объекта и сообщить в прокуратуру – он не был в соответствующем порядке введён в эксплуатацию, но приступил к работе. В настоящее время все вопросы здесь решены, и комплекс работает уже на законных основаниях. Однако застройщику и собственнику пришлось заплатить немалые штрафы, предусмотренные законодательством, за допущенные нарушения.
Хочу отметить, что строительный комплекс в нашем крае, один из сильнейших, пока остается хорошая, еще советская, школа, которую прошли многие наши строители. Во многом благодаря этому серьёзных ошибок, характерных для некоторых территорий, они не допускают. Были случаи, когда сами строители обнаруживали свои проблемы и довольно быстро их устраняли. К счастью, наша строительная отрасль может гордиться грамотными профессиональными специалистами.
– Но ведь в регионе всё больше гастарбайтеров.
– Труд этих людей в основном применяется там, где требуется валовая работа. А на ответственных «узлах» всё равно трудятся опытные специалисты. Система нашей работы со строителями чётко отлажена. В службе по каждому объекту в начале строительства формируется программа проверок, где расписано, на каких этапах выходит инспектор. В состав строительного надзора входят специалисты пожарного, санитарного, Энергонадзора, которые, так скажем, ведут объект от начала и до конца.
– В таком случае качество строительства должно быть на приличном уровне.
– Когда мне задают вопрос о качестве строительства, я всегда отвечаю, что несущая способность конструкций, прочная сварка, хороший шов – это важнейшие показатели качества. Людям же интересны качественные характеристики в основном на бытовом уровне. А зависят они от материалов и рук, которые их применили. Вспомнить, например, советское время, когда у нас были обои от химкомбината «Енисей», извёстка, дощатые полы, покрытые краской того же химкомбината. Тогда качество зависело только от того, чьи руки занимались отделкой. Сегодня качество зависит и от используемых материалов, и от их стоимости, и от специалистов, их использующих. Высококлассный специалист сделает всё более качественно, чем гастарбайтер или человек низкой квалификации. Здесь планка требований снижается. Качество напрямую зависит от того, сколько вкладывается в тот или иной объект, квартиру. Да, можно сделать недорогую, но чистенькую ванную. Однако сегодня требования у людей возросли. И просто «чистенькая ванная» их уже не устраивает.
– Строительный надзор – это не только здания, но и дорогие наши дороги...
– Да, теперь ещё и дороги. Когда эти функции перешли к службе, мы стали поднимать одну за другой серьёзные проблемы. Особенно много их было в Красноярске. Служба устраивала рейды совместно с госавтоинспекцией, в том числе и ночные. За два года в краевом центре ситуация с дорогами серьёзно изменилась в лучшую сторону. До недавнего времени дороги строились без должного объёма документации, прохождения экспертизы. Мы вынуждены довольно серьёзно отстаивать свою позицию и перед департаментом городского хозяйства администрации города? даже путем судебных разбирательств. Сегодня наши отношения более или менее выровнялись, в том числе и потому, что в Красноярске сдвинулась с мёртвой точки регистрация дорог. А ведь когда в первый раз мы столкнулись с этой проблемой, в Красноярске было всего 4% дорог. Остальное – просто «направления».
– Скажу, тем не менее, что в России не столько строят дороги, сколько «осваивают средства».
– Подход к дорожному строительству надо пересматривать полностью, начиная с проекта. Дешёвый проект даёт дешёвую дорогу. Очень плохо, что наши дороги проектируются без учёта той интенсивности движения, которая есть сегодня. Они планируются и без учёта нагрузки той мощной техники, которая появилась практически повсеместно. Все видят, какие фуры сейчас ездят по дорогам, а во дворах уже не «газики», не «зилы» возят мусор, а «камазы». Отсюда и трудности с радиусом поворота, и повреждения дорожного покрытия. Первоочередная задача – это изменение подхода к проектированию дорог и проездов.
Далее – изменение самой системы организации работы. Одна и та же фирма укладывает дорожное полотно на загородной трассе и асфальт в городе. При этом на трассе лежит отличный асфальт, в городе – неизвестно что. А проблема в том, что в городе только-только положили асфальт – и по нему уже пошли машины. Интенсивность движения не позволяет перекрывать улицы на необходимое время. Это существенно снижает качество работ. Если бы было возможно закрыть движение, чтобы асфальт набрал свои прочностные характеристики и хорошо отработать подготовку основания под асфальт, подготовить состав смеси для дорожного полотна, то, конечно, качество дорожного покрытия стало бы заметно выше.
– Очень непростая тема – долевое строительство. На сегодняшний день около 3 тысяч пострадавших только в Красноярске!
– Сегодня ситуация такова, что людям, попавшим при участии в долевом строительстве в трудную ситуацию, как ни прискорбно, всё равно придётся изыскивать варианты оплаты. К сожалению, закон не предусматривает возможности оказать какую-то материальную поддержку этой категории людей. Да, по данной проблеме есть законодательство, но у бюджетных денег – строго определённое назначение.
Люди попали в трудную жизненную ситуацию, и задача государства – предотвратить подобные случаи в будущем. Здесь можно провести параллель. Человек шёл по улице, его ударили по голове и забрали кошелёк. Та же самая ситуация, когда человек вложил деньги в квартиру, фирма распалась – и у него ни квартиры, ни денег. Так вот, по инциденту с кошельком: власть должна обеспечить свет, хорошую дорогу, охрану мирным гражданам от бандитов. В долевом строительстве власть тоже обязана обеспечить надлежащие условия: строить должны те фирмы, которые имеют хорошую репутацию, которые никого не обманывали. Это первый вопрос – о застройщике. Власть должна обеспечить возможность реального вложения денег человека, взять на себя расходы по инженерным сетям, коммуникациям и дорогам. А не возлагать их на плечи дольщиков.
В идеале власти должны обеспечить финансирование всей инфраструктуры. Тогда и цена за квадратный метр жилья не будет завышенной. Это ведь неправильно – за деньги застройщика, за деньги человека, который внёс сумму в долевое строительство, делать проектную документацию микрорайона. Необходимо обеспечить практическое осуществление законов, которые не позволят застройщику обмануть клиента. И если взять тот же 214-й Закон, пусть и не вполне совершенный, он даёт определённую возможность осуществлять контроль над застройщиками – ежеквартально требовать с них отчётность о привлечении денежных средств дольщиков, проверять их финансовое состояние и так далее.
– Невероятно, но факт: сами вы тоже когда-то были «обманутым дольщиком».
– Да, дела давно минувших дней, 90-е годы… Я всё же получил эту квартиру, отделал её. Два года за неё судился, прошёл все «круги ада». Иной раз люди приходят и говорят: «Вам не понять нашей ситуации, это надо на себе ощутить». Но я-то как раз всё это не понаслышке знаю!
– Что бы вы посоветовали желающим стать дольщиками и не желающим при этом «угореть»?
– Если фирма начинает вдруг демпинговать, присмотритесь к ней внимательнее. Есть среднерыночная стоимость – и перед тем как приобрести квартиру, следует сделать определённый мониторинг цен. Для всех фирм, которые когда-то обманули людей, характерны не совсем адекватные цены за квадратный метр – слишком заниженные. Это первый показатель. Обязательное условие – наличие разрешительных документов. Потенциальный покупатель долевого должен попросить у застройщика разрешение на строительство и проверить, когда оно выдано, на этот ли объект. Следующее условие – договор, который человек подписывает: что в нём прописано и какие есть права и обязанности. Реальный, нормальный договор – зеркален. Если же он содержит только лишь обязанность платить и больше ничего, это тоже неправильно.
И, конечно, не помешает поинтересоваться имиджевой характеристикой компании у друзей и знакомых. Мне не очень неприятно, когда порой раздаются звонки и люди интересуются: «А что с этим домом? Когда он будет сдан?» Я говорю: «Послушайте, когда вы вступали в долевое, могли поднять трубку и узнать, как ситуация складывается? А теперь, когда дошли до предела и «вдруг» объект затормозил строительство, вы спрашиваете: что с ним?» Я всем советую быть очень внимательными. Бесплатный сыр бывает только в мышеловке.
– Интересно, подобные «пикантности» имеют место только на пространстве так называемого СНГ?
– Могу ещё раз напомнить вышеупомянутый пример про кошелёк. Такая ситуация может случиться где угодно.
– В принципе, «хоть где» может случиться и то, что стряслось на Гаити. При этом в Порт-о-Пренсе устояли многие богатые особняки. Они были построены с учетом норм и правил проектирования и строительства из нормальных материалов.
– Согласно информации СМИ, там было всё рассчитано на сейсмику всего в 2 балла. А землетрясение случилось шестибалльное.
– В нашем регионе тоже землетрясения случаются.
– Сегодня в Красноярске расчёт на 6 баллов. В рамках этой сейсмичности и идёт строительство. А если, допустим, мы съездим в Минусинск, то там возводятся сооружения уже по-настоящему с учётом сейсмики. Там сейсмическая активность превышает 6 баллов.
В краевом центре много лет муссируется вопрос, что надо бы сделать оценку несущей способности грунта во всех районах Красноярска. Это нужно, чтобы определить, какие проектные решения применять при строительстве в том или ином районе. Тема уже давно витает в воздухе, но, как всегда, на всё хорошее не хватает денег. Однако рано или поздно это всё равно придётся делать. Город сильно разросся, при этом состояние грунтов существенно разнится в том или ином районе.
– Каким ещё «непредвиденным обстоятельствам» приходится уделять внимание? Известно ли вам, к примеру, о том, что в помещениях, чрезмерно насыщенных «нездоровыми» стройматериалами, люди болеют чаще?
– Все стройматериалы проходят испытания. И если что-то действительно опасно для здоровья человека, это «что-то» не должно применяться на стройке. Подход очень серьёзный. На заводах устраиваются лабораторные испытания, при вводе объектов в эксплуатацию проводятся необходимые мероприятия. Когда принимается дом, наши врачи санэпиднадзора обязательно требуют проведения испытаний качества песка в детской песочнице. Относительно стройматериалов необходимо учитывать, что многие из них (к примеру, шифер) можно применять только на улице, но нельзя использовать в помещении. В принципе, никто и не применяет в отделке стен шифер, его кладут только на крышу, где есть определённый воздушный поток. Поэтому при использовании материала по назначению и его правильной эксплуатации негативного воздействия на человека не происходит.
– Добавляет ли вам забот коттеджное (или вообще пригородное) строительство?
– Этот вид строительства относится к компетенции органов местного самоуправления. Малоэтажная застройка касается нас только в части техноструктуры, сетей и дорог – за этим мы осуществляем надзор. Разумеется, малоэтажное строительство, как и любое другое, должно быть. Но я считаю неуместным и неразумным, когда происходит бум: «Все живём в коттеджах!» или «Все живём в многоэтажках!». Должно быть гармоничное расселение людей. Жить в коттедже на земле – это одни затраты, в квартире – абсолютно другие. Да и люди разные: кто-то любит выйти утром с лопатой снежок покидать, а кто-то привык встать с тёплой постели и в тапочках пройти включить чайник на кухне. Многое зависит от характера человека и, конечно, его финансовых возможностей.
И тут власти обязаны многое обеспечить. Для индивидуального жилья приемлемой ценовой категории необходима хорошо развитая инфраструктура: должны быть дороги, магазины, школы, детские сады. Однако сегодня вы не сможете назвать ни одного посёлка, где есть всё необходимое. И в Удачном, и в Горном каждый член семьи вынужден иметь по машине, поскольку здесь очень специфические условия жизни. Да, со временем, наверное, всё и там будет хорошо, но сегодняшние условия не отличаются стопроцентной комфортностью. Молодёжи, допустим, хочется сходить на дискотеку, а такой возможности в коттеджных микрорайонах нет. Там можно просто «жить». Хорошо, конечно, находиться среди зелени в живом лесу. Но современные требования к жизни сильно изменились, людям хочется сходить в кафе, в кинотеатр, кто-то мечтает, чтобы школа рядом была…
– Вы уже сказали, что связь коттеджных посёлков с «цивилизацией» обеспечивают персональные авто чуть ли не для каждого члена семьи. Да и вообще в Красноярске машин на душу населения уже больше, чем в Москве. Проблема?
– Да, и очень серьёзная проблема. А вы никогда не интересовались тем, сколько стоит сейчас парковочное место? Это вообще весьма своеобразная тема. Абсолютно правильное решение городских властей по поводу того, что каждый дом должен быть с парковкой. Но, к сожалению, многие строительные фирмы начинают отказываться от парковок из-за стоимости парковочного места. Люди считают деньги и понимают, что машину дешевле бросить во дворе, чем платить за парковку.
Здесь тоже, я считаю, власть должна изучить ситуацию и осторожно высказать свою позицию. Данную проблему всё равно надо решать. Это касается и пробок на дорогах, и бесчисленных автомобилей во дворах. То, что мы имеем сейчас, просто нецивилизованно. А в принципе история вопроса не нова. В своё время совершенно логично было решено, что в перспективе в Красноярске должен появиться новый центр города – с широкими проспектами и площадями. Деловую часть планировалось разместить на Взлётке. К сожалению, пока этого не произошло. По-прежнему деловая часть Красноярска располагается в перегруженном и магазинами, и офисами, и машинами Центральном районе. При этом сложился проблемный комплекс из многих составляющих: отсутствие метро – немаловажный фактор, необходимо и строительство развязок, и расширение улиц, где это ещё возможно. Количество машин всё прибывает, остановить данный процесс практически невозможно. При этом, считая деньги, автовладелец понимает: ему дешевле покупать раз в год колёса, которые могут снять под покровом ночи, но оставлять машину во дворе, чем ставить её на стоянку.
– Может, при новом губернаторе удастся возродить идею строительства нового центра для Красноярска?
– Всегда есть определённая надежда на то, что новый руководитель может посмотреть под другим углом, по-новому увидеть ту или иную проблему. Можно сказать и то, что сегодня автомобильная проблема решается крайне медленно. Как и все красноярцы, я надеюсь на улучшение ситуации.
– При этом красноярцы должны не забывать, что и лично от них зависит возможность снижения остроты той или иной городской проблемы.
– Когда я сравниваю Красноярск с какими-то зарубежными городами, нередко прихожу к выводу: поменять бы нам законодательство по некоторым вопросам – и ситуация в корне изменится к лучшему. Начинаешь философствовать дальше – и понимаешь, как много значит такое понятие, как российский менталитет. У нас многое по-другому, в том числе и подходы к решению проблем. Возьмём для примера всё то же строительство: если у нас в домах толстенные стены, мы думаем, что это хорошо. А стена тонкая, пусть даже она очень тёплая, «уже не то». Мы никак не привыкнем ко многим моментам, которые на Западе давно считаются нормальными. Здесь уже в значительной мере проявляет себя природа русского человека – и отношение к быту, и традиции в питании у нас другие. Поэтому, когда начинаешь теоретически переносить их реалии на нашу почву, априори убеждаешься, что многие из них для нас попросту не подходят. И это к счастью, наверное, что, например, педантизм немцев нельзя сравнить с характером русских. Всё хорошее хорошо по-своему. Человек счастлив там, где он живёт. И главная задача – сделать так, чтобы жизнь, которая течёт своим чередом в Красноярске и крае, являлась бы нормальной для абсолютного большинства жителей. При этом необходимо понимать, что многие проблемы заложены внутри самих людей, продиктованы их внутренним поведением, воспитанием и восприятием окружающей действительности. И наше движение к лучшему не может и не должно быть скоропалительным.
– В таком случае уместен вопрос о «перспективности перспективы». Как вы считаете, сумеет ли молодое поколение красноярцев (и россиян в целом) перенять и усовершенствовать прогрессивные тенденции?
– При обязательном условии: если новое поколение будет по-настоящему учиться. И если у нового поколения будет достойный уровень благосостояния. Не открою Америки, если скажу, что только при определённом уровне благосостояния люди начинают ходить в кино, театр, начинают заниматься искусством, регулярно читать книги. Это всё зависит от уровня материального комфорта. Очень хочется, чтобы наша страна окончательно отряхнулась от безысходности 90-х годов, когда в порядке вещей считалось иметь три класса образования. И чтобы мы беспризорных детей видели только в «Республике ШКИД» или в других фильмах про эпоху Дзержинского. Вот этого хотелось бы, понимаете?
И расцветут тогда у нас большие и красивые города. А люди будут искренне улыбаться друг другу.