Причудливы судьбы людские, точно «созвездия» в калейдоскопе.
Прадед нашего героя держал руку на пульсе российской истории на закате самодержавия и в те самые «окаянные дни». Был председателем Государственной Думы нескольких созывов. Являлся непримиримым противником Григория Распутина. Поддерживал политику реформ Петра Столыпина. Первую мировую войну считал необходимым довести «до победного конца, во имя чести и достоинства дорогого Отечества».
В дни Февральской революции 1917 года постоянно держал связь с императором Николаем II, ставкой и штабами фронтов. После Октябрьской революции перебрался на Дон и при Лавре Корнилове, а затем при Антоне Деникине пытался воссоздать Совещание членов Госдумы всех четырёх созывов.
А дядя сегодняшнего нашего собеседника – легендарный Владыка Василий (Владимир Михайлович Родзянко) – всю свою жизнь свидетельствовал о Христе, Спасителе мира. Во время Второй мировой был настоятелем сельского прихода и секретарём Красного Креста. Множество людей обязаны ему спасением от ужасов войны. Батюшка принимал предсмертную исповедь А. Ф. Керенского, тем самым как бы зримо завершив историческую российскую главу. Более двадцати лет епископ Василий вёл православные передачи для России по Би-Би-Си. По благословению Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия II епископ Василий почти полгода жил в Троице-Сергиевой Лавре, читая лекции и работая в библиотеке. В результате им была написана книга «Теория распада Вселенной и вера Отцов», где рассмотрено соотношение православия и научного знания.
Разумеется, и сам Алексей Олегович Родзянко отмечен незаурядностью и харизмой. На судьбоносных для мира переговорах между Л. И. Брежневым и Джеймсом Картером по подписанию договора ОСВ-2 он работал переводчиком в составе делегации США. Профессиональное признание своё нашёл в банковском деле, которому посвятил уже почти три десятка лет. При этом он, потомственный дворянин невесть в каком колене, является действующим председателем Федерации поло России.

– Алексей Олегович, знаменитый Михаил Владимирович Родзянко – последний председатель Государственной Думы России времён Николая II и большевистского переворота – является вашим прадедом?
– Да. Это мой родной прадед.
– Что он был за человек? Как вы оцениваете его роль в истории России?
– Он являлся убеждённым монархистом и видел для России спасительный путь стабильности только через монархию. Но при конституции. То есть ограниченный монархизм, по английской модели. И всю свою сознательную жизнь и политическую карьеру он посвятил именно этому. Он видел роль Государственной Думы как прогрессивного парламента и даже считал, что первые шаги российской конституции были сделаны с помощью царя в 1905 году, когда была созвана первая Дума. После восстания девятьсот пятого года. Но Николай II оказался в конечном итоге неуспешным в данном начинании, это очевидно. Когда же произошло отречение царя от престола в пользу брата, мой прадед видел в этом предвестье большой беды. Если я правильно помню по рассказам бабушки, когда Михаил Владимирович вернулся в тот день домой, очень много народу ждало его на квартире. Это было очень необычно для всех, присутствующие были возбуждены, оживлённо что-то обсуждали, настроение было приподнятое: что-то новое витало в самой атмосфере происходящего. А он пришёл совершенно удручённым. И его спрашивали: «В чём дело?» – «Да как же вы не понимаете, что грядёт! Будет кровь, будут ужасные разрушения. И – всё кончено». Но это была ещё всего лишь февральская революция!
Нет, нельзя сказать, что прадед мой успел осуществить многое из своих политических планов. Вряд ли поэтому можно считать его успешным. Но бесспорно то, что он был убеждённым монархистом. И при этом он твёрдо стоял на убеждениях, что конституционный строй – это именно то, что необходимо для развития России. В своё время воспитан он был в Петербурге в пажеском корпусе, служил при дворе с детства и прекрасно знал «коридоры власти». И считал, что России нужны реформы очень серьёзные.
– Правда ли, что именно он, Михаил Владимирович Родзянко, сумел убедить большевиков не чинить расправу над действующим монархом?
– Практически сразу после отречения царя он оказался не у дел. Он был главой Временного комитета, который избрал Временное правительство. Но в это правительство он не вошёл в силу того, что настроения там были гораздо более левыми, чем у него. И его – из-за либерализма – считали ненужным. Поэтому влияние его впоследствии было фактически номинальным. Именно в такой период царя и арестовали. Расследование проводило Временное правительство, которое, в общем-то, оправдало царя, не нашло против него улик. Когда же большевики расправлялись с государём, в этот момент прадед мой уже был где-то на юге с Белой армией. Там при Деникине он тоже был не на первых ролях и исполнял роль не особо востребованного политического советника.
– Зато до прихода к власти большевиков с Николаем II он встречался не раз и не два.
– Да, общался он с Николаем II достаточно часто. И, как правило, не очень удачно в плане оптимистичности. Он докладывал царю обычно лишь о неприятных новостях – и вот, говорят, что в записках генерала Н. В. Рузского есть цитата Николая II после отречения, когда он нашёл себя фактически оставленным всеми. Сказал он тогда такую вещь: «Один Родзянко всегда мне говорил правду». У нас в семье это царское признание хранится как реликвия, как гордость семейная.
– А епископ Василий Родзянко – ваш двоюродный дядя?
– Нет, он мой родной дядя. Это брат моего отца. Я с ним знаком был практически всю жизнь. Вас интересует, что я могу сказать о нём такое, не очень всем известное? Мало кто знает, как в Сербии его арестовали коммунисты. Он был молодым священником – и его за это заключили под стражу. Он какое-то время сидел как политзаключённый в сербской тюрьме, после войны. Освобождён он был усилиями английских спецслужб. Англичане его помогли освободить, и он уехал и много лет жил в Англии. Оттуда он вещал религиозные передачи на Россию по BBC. Вообще-то я его не просто хорошо знал, но и очень любил. Любимый мой дядя...

продолжение на 3 стр.