Интервью это – из той полуночной серии, когда «шашлычок под коньячок», и популярный артист, отработавший второй концерт за сутки, не под фанеру «напевает» дежурное интервью назойливой журналистской дрозофиле, а, сам того не замечая, доходит в непринуждённой беседе и до откровений, и до откровенностей.
Пусть даже посторонняя суета вокруг накрытого столика порой нарушала «единство действия», единению коммуникативному – мастера микрофона и хозяина диктофона – это не помешало ничуть. Не раз переходя с этикетного «вы» на человечное «ты», тёзка успел поведать мне, помимо любви и смерти, не только про сорок своих «разбойниц-гитар», но и про единственную в своём роде «скрипку-лису».

– Игорь Арменович, несмотря на то что большинству ваших хитов уже перевалило «за», сам вы, как хорошее вино, всё благороднее.
– Мне сейчас лучше и намного комфортнее. Чем старше я становлюсь, тем больше понимаю из того, что происходит вокруг.
– На чём же сфокусировалась жизненная мудрость?
– Если лаконично? Я даю не поясной, а до самой земли поклон – всем тем, с кем мне пришлось в жизни по-настоящему встретиться. На непростой жизненной дороге они научили меня практически всему. Когда я был неопытным, некоторых считал даже врагами. А сейчас называю их друзьями, поскольку они дали мне такой опыт, какой может дать только самый близкий человек.
– Знаменитейшая ваша песня «Скрипка-лиса» тоже ведь поначалу не так называлась. Но прозаический «Скрип колеса» постепенно романтизировался и олицетворился в хитрую «скрипку-лису». Сами «дотумкали»?
– Не я. Моя жена. Лена Ленская, в прошлом – Саруханова. Вошла она в нужный момент в комнату, где сидел я с другом Сашкой, написавшим эти стихи. Саша Новиков, только другой Саша Новиков. Лена: «Ребят, да что вы мучаетесь, давайте – так и назовите песню». – «Да как назвать-то?» – «А назовите «Скрипка-лиса». Вообще-то мы с Ленкой написали очень много всего (напевает): «А я люблю военных, красивых, здоровенных»… Очень много для Кемеровского насочиняли мы с Ленкой, для группы «Комбинация». Леночка как поэтесса тогда в хорошей форме была. Вот и сложилось: «Ну, если вы взяли такие образы, как «лужи и грязь дорог», «всё, что не склевали злые вороны в нашей судьбе», значит – конкретные люди склевали всё это. Поэтому «Скрипка-лиса» назовите, будет здорово!» Дай Бог ей здоровья. И вот уже, с 1994 года, 15 лет… Представляете, 15 лет нашей «скрипке»!
– Вы родились и учились в Самарканде. Какой след оставил этот узбекский город в вашей памяти?
– След глубокий, что и говорить. Первая любовь, первый поцелуй, первая песня в связи с этим поцелуем. Девочка моя потом ушла к старшему парню, а я и не понял, почему: был маленький, ещё ничего не понимал. Потом, кстати, этот старший стал моим другом.
А вообще начиналось с того, что папу моего попросили пару лет поработать преподавателем в Самарканде. И мы жили в своём доме, в доме моих предков. Было очень здорово там. И когда я приехал туда уже в зрелом возрасте, собрав в 1990 году целую команду друзей, меня потрясающе встретила моя школа. Целый «Икарус», полностью забитый школьниками, и я просто не мог поехать в гостиницу, я отправился в свою школу. Мне показали её спустя столько лет, на меня надели тюбетейку, надели чапан, устроили для меня концерт на лестнице перед школой. Я стоял там растроганный и чуть не плакал от нахлынувших чувств. Если бы мне сказали, когда я был школьником, что вот здесь, на этом месте, мне вся школа будет давать торжественный концерт, потом покажут мою старенькую парту… Это невозможно передать, это очень сильно волнует, такие впечатления остаются до последних твоих дней.
– Вы сказали, что приехали с командой…
– Да, я собрал тогда в дорогу друзей и всех, кто мне доверяет. Там был Саша Цекало, там была Лола, тогда ещё это представляло собой сплочённый и креативный тандем «Академия». Александр Масляков вёл концерт, мой хороший друг. Я попросил: «Саша, надо, чтобы ты вёл». И он украсил эту программу. Мы прекрасно провели время, просто замечательно, отработали три города, собрали три стадиона…
– Поёте вы, кстати, только на русском?
– Да. Но разве этого мало?
– А корни у вас армянские?
– Мама и папа мои – армяне, но родились они в Средней Азии. Я – в Самарканде, папа тоже. А мама – из города Мары.

продолжение на 3 стр.