Задание для классического кроссворда: «Самый знаменитый советский хоккейный арбитр». Хоть по вертикали, хоть по горизонтали, ответ один – КАРАНДИН. Один из первых наших «космонавтов» во Вселенной заокеанского профессионального хоккея родился 22 марта далёкого 1938 года. Судья всесоюзной и международной категорий. 22 раза входил в десятку лучших судей СССР. Отработал на двадцати чемпионатах мира. Но наиболее знаковыми в его карьере стали матчи советских хоккеистов с канадскими профессионалами в 1972 и 1975/76 годах. Судил он и эпохальный поединок 31 декабря 1975 года «Монреаль Канадиенс» – ЦСКА, признанный позднее эталонным матчем в истории мирового хоккея.
Трудно поверить, что Карандину перевалило за 70. Являясь председателем регионального управления Федерации хоккея России по Сибири и Дальнему Востоку, он неутомимо мотается из города в город, работы хватает. Энергии его может позавидовать и молодой парень. Сам Юрий Павлович говорит, что никакого секрета нет: «Я провёл очень большую жизнь в спорте и привык держать себя в тонусе».
В его рабочем кабинете в Новосибирске, помимо всевозможных наград, до сих пор висит судейская форма: «Кто знает, может, ещё доведётся посудить…»

– Юрий Павлович, одну из самых незабываемых страниц вашей биографии составил конфликт с легендарным тренером Анатолием Владимировичем Тарасовым. 40 лет с тех пор прошло, но вряд ли они поглотили те несколько минут хоккейного матча ЦСКА – «Спартак», в котором решалась судьба золотых медалей чемпионата СССР 1969 года.
– Да, тогда спартаковцы во главе с братьями Майоровыми и Вячеславом Старшиновым вознамерились свергнуть с трона непобедимый тогда ЦСКА Тарасова.
– И вот в решающем матче вы не засчитали шайбу, заброшенную армейцами, после чего Тарасов увёл команду в раздевалку и долгое время не разрешал возвращаться на лёд.
– Напряжение было огромное, ведь на трибунах были сам Леонид Ильич Брежнев, министр обороны Гречко, секретарь Московского горкома партии Гришин. Естественно, все шишки посыпались на меня. Но я до сих пор уверен в своей правоте. Когда армейцы забили гол, я посмотрел на секундометриста, и он показал мне, что в момент взятия ворот «Спартака» время периода истекло: разница была в ничтожную одну десятую секунды. По правилам гол нельзя было засчитывать, что я и сделал. Взрывной Анатолий Владимирович увёл свою команду в раздевалку.
Потом его лишили всех заслуженных им званий, которые вернули лишь спустя несколько лет. Когда мы с Тарасовым встретились через какое-то время, он признал мою правоту в том эпизоде, но всё равно был недоволен.
Вообще, Тарасов – это отдельная тема. Про таких людей говорят: «Рождаются раз в сто лет». Потрясающий специалист, удивительный человек. Я счастлив, что судьба подарила мне возможность работать рядом с ним. Анатолий Владимирович многому научил меня не только в хоккее, но и в жизни. Я очень многое почерпнул в общении с ним. Он был высокоинтеллектуальным человеком с энциклопедическими знаниями, великим педагогом и психологом. Хотя характер у него был ещё тот! Но только с таким характером он и мог добиться тех результатов, которые вписаны в историю мирового хоккея.
– Так в том самом конфликте он всё-таки был не прав?
– И мы, судьи, были правы, и Тарасов был по-своему прав. У него ведь были свои враги, которые воспользовались моментом, чтобы ему отомстить. И они успешно всё сделали, добились желаемого.
– Но время расставило всё по местам.
– Именно так. Сам хоккей создали канадцы. Мы в своё время учились играть в канадский хоккей у чехов. Но сами родоначальники хоккея очень высоко оценили феноменальный вклад Тарасова в развитие этой игры. В Музее хоккейной славы в Торонто, где собрана вся хоккейная история – представлена эволюция спортивного снаряжения, престижные Кубки, различные их победители, судьи, тренеры, игроки, хозяева клубов, – есть там и огромный портрет Анатолия Тарасова. Это первый человек из нашего славного советского хоккея, который удостоился такой огромной чести.
Портрет исполнен в графике, а под ним такие замечательные слова: «Мир должен быть благодарен России за то, что она подарила хоккею Тарасова». Это величайшее признание.
– А ведь и ваш портрет тоже висит в Торонто. Юрий Карандин – один из самых авторитетных судей в истории хоккея…
– Это уже второй момент. Я не хочу себя как-то выделять и выпячивать. Там сейчас есть и другие наши люди. Там есть Третьяк, там есть Якушев, которого в Канаде прозвали «Як-15 » за мощь и скорость. Там есть Мальцев, там есть Харламов. Это всё титаны, мировые величины.
– Но из судей – вы один.
– Из судей – да. Но я хочу подчеркнуть значимость именно Тарасова. В Торонто отражено его великое признание. А многие персоны обозначены лишь этюдно. Но есть и глобальное. Например, представлен 1972-й год,
когда суперсерию в Москве выиграли канадцы. И наглядно показано, как Пол Хендерсон забивает победный гол в последнем, восьмом поединке. Этому моменту посвящён специальный уголок,

продолжение на 3 стр.