Одна из очарованных странниц по глобальной Сети забросила в безбрежное информпространство сеть локальную: «Так кто же он – Дельфин – автор таких мудрых, пронзительных строк, западающих в душу? Безбашенный экстремальщик, в своё время гонявший от ментов на Арбате и продававший матрёшки? Революционер, взрывавший сознание молодёжи песнями «Мальчишника»? Глубокий меланхолик, впадающий в постоянные депрессии? Крутой мэн, проникнутый осознанием своей правоты?»
Так или иначе, Дельфин, он же Андрей Лысиков, – очень оригинальное и едва ли не уникальное явление в музыкальном мире. В этом человеке удачно сочетаются скромность, талант и оправданные музыкальные амбиции.
Дельфин – словно герой нашумевшего фильма Бекмамбетова «Ночной дозор»: не Светлый, не Тёмный, а… Иной.

– Андрей, жизнь, видите ли, не стоит на месте. Что бы вы отметили из её свежих проявлений?
– Наверное, весьма немаловажно то, что мы окончательно отошли от последней записанной пластинки «Юность». И морально готовы приступить к записи новой. Можем уже как-то на эту тему размышлять, разговаривать, строить планы.
– Выходит, именно пластинками вы отмечаете этапы большого пути: от диска к диску, от концерта к концерту?
– Просто именно сейчас для меня это актуальный момент.
– Тем временем все только и говорят о кризисе. Вас он затронул хоть как-то?
– Как-то, может, и затронул. Но я не заметил.
– Сплошное спокойствие?
– В какой-то момент я даже подумал, что отчасти мне чем-то нравится нынешняя ситуация. Как-то все немножко успокоились. И пропал этот надоевший, дурной такой кураж, непонятно откуда берущийся. Тупой оптимизм насчёт завтрашнего дня исчез. Сейчас все словно бы остановились, призадумались, более разумно и спокойно смотрят в будущее.
– Судя по всему, не сильно вы любите гламурные столичные тусовки, отмеченные психозом счастья.
– Я никогда к ним не был расположен. Но сейчас говорю не о каких-то конкретных мероприятиях и делах. А об общем таком настроении – скорее, больше витающем в воздухе, нежели имеющем отношение к каким-то персонам.
– Интересно узнать, как формировалось ваше мировоззрение. Когда вообще поняли, что ваш мир – это музыка, сочинительство?
– Думаю, что если бы я не был тем, кем являюсь сейчас, то так или иначе я занимался бы каким-то делом, связанным с творчеством. Просто в моей жизни сложилась некая цепь событий, отчасти случайных, которая сделала меня тем, кем я являюсь сейчас.
– Хотите сказать, судьба сама распорядилась за вас, а вы просто приняли то, что было предложено?
– Скорее всего, каждый человек ещё на генетическом уровне запрограммирован на определённое жизненное поведение. Это и есть то, что мы условно называем судьбой. И если я не писал бы музыку и слова, то, возможно, рисовал бы картины. Так или иначе, занимался бы чем-то художественным. И, может, не был бы при этом по-настоящему удовлетворён. В этом заключалась бы моя внутренняя трагедия. Ведь я бы тогда не знал, что если я запел бы песни или начал писать стихи, то мне стало бы намного лучше. А может, я пришёл бы к этому позже – к своим песням и слушателям.
– Чтобы всё сложилось успешно, необходимо совпадение множества условностей. Всё иначе могло пойти, если б, к примеру, забрали вас в армию. Кстати, каким образом вы избежали в своё время «почётной обязанности»?
– Ну, это было не очень сложно сделать. Тем более в то время. В противном случае, конечно, это на меня, безусловно, повлияло бы. И думаю, что не в хорошем смысле, поскольку это пришлось бы на самое активное время, на период становления личности, как и в творческом, так и в чисто человеческом плане. В случае с армией это было бы, конечно, для меня не плюсом.
– Какие книги разнообразили ваш внутренний мир в то время, когда он ещё в этом нуждался?
– Наверное, здорово, когда человек становится старше, приобретает обширный жизненный опыт и начинает больше понимать и сущность людей, и более сложную литературу.

продолжение на 3 стр.