– Гедонист-потребитель? Или же тот, кто привносит удовольствия в большой мир? – Потребители – всего лишь эгоисты. А успешный гедонист может полноценно существовать, обязательно удовольствия отдавая. Ну, хорошо… Условно скажем: Михаил Друян – это продюсер, это человек, который работает на «Серебряном дожде», это колумнист и обозреватель «Harper`s Bazaar» в России. Человек, который пишет статьи ещё много куда, например, в журнал «НELLO! cons», где главным редактором является моя нежная приятельница Света Бондарчук. И это вообще масса всяческой активности, включая организацию мероприятий. Долгие годы я знаком в Москве с Андреем Фоминым, это мой соидеолог, сопартнёр. Мы вместе делаем в России ежегодные и, на мой взгляд, удивительные проекты. Например, учредили премию в области клубной индустрии «Night Life Awards», определяем «Топ-100 самых красивых людей Москвы». Ежедневник «Гламорама» регулярно издаём, его слоган – «Каждый день прекрасен», и каждый из них мы как бы населяем днями рождения известных людей, мировыми культурными событиями. – В круг ваших друзей наверняка входят и завсегдатаи светских новостей. – Вы знаете, если я сделаю подобное признание, это будет абсолютная хлестаковщина. У меня не очень много друзей. У человека вообще друзей много не бывает. Есть приятные люди, с которыми я счастлив общаться. И этот список отнюдь не исчерпывается героями российского глянца. Иногда это могут быть не очень известные люди, не всем же быть тотально знаменитыми. Да и не это прежде всего ценится в людях. Но, разу-меется, в столице есть очень дорогие для меня и приятные лица. Я счастлив, что вся эта игра в красивую жизнь (или же подлинно красивая жизнь) помогла мне обрести близких и по-настоящему дорогих людей в Москве. – А верна ли моя путеводная эсэмэска о вас – «Завтра он идёт пить вино с Ренатой». Или это наглая провокация? – Нет-нет, вы знаете, не иду! Мы с ней недавно виделись, и я знаю, что сегодня Рената ведёт творческий вечер. Она меня приглашала, но я, к сожалению, не могу пойти. Раз уж вы настаиваете, могу сказать, что настоящими моими друзьями являются Таня Арно и Сати Спивакова. И ещё дизайнер Александр Терехов. Это реально близкие для меня люди. – Время вашей пиковой активности – ночь? – Как ни странно, ночью я сплю. Клубную жизнь практически не веду. Бывают разве что долгие посиделки в ресторанах, до полуночи. Утром я достаточно рано просыпаюсь, читаю газеты, журналы. Днём обычно нахожусь в офисе, делаю много звонков. А вечером действительно ждут меня прекрасные рестораны, включая мой собственный. И, разумеется, театр, кино, разнообразное светское времяпрепровождение. – У вас есть хорошая возможность прорекламировать свой ресторан. – Называется он «Michael`s» («Михаилы»). Я – Михаил. И мой главный партнёр – Михаил Гохнер. Успешный ресторатор. Он владеет ещё ресторанами «El Gaucho», «Bocconcino», «На Мельнице». «Michael`s» – наш совместный проект. Надеюсь, не последний. Он находится в самом центре Москвы, на Тверском бульваре. Это такой современный городской ресторан с итальянской кухней. Есть ещё и блок японской еды. – Мы не там сейчас сидим только потому, что вы где-то здесь неподалёку работаете? – Да, офис мой буквально над этим кафе. Смотрю на Садовое кольцо из окон. – Чем было знаменательно для вас последнее время? – Особо хочу отметить юбилейный двадцатый фестиваль Владимира Теодоровича Спивакова, который проходил в городе Кальмар в Эльзасе. Очередные знаменитые кинофестивали – Берлинский, Венецианский и, безусловно, Каннский. Я езжу на все крупные кинофорумы, веду оттуда прямые включения для «Серебряного дождя» и, самое главное, смотрю очень много фильмов. Получаю от этого большое удовольствие. На каждом из этих форумов была достаточная сумма картин, подаривших мне абсолютное удовольствие и сделавших сам визит незабываемым. Не могу не упомянуть Неделю высокой моды в Париже. Там был ряд впечатляющих дефиле – показы от Александра Мак-Куина, Ив Сен Лорана, Алёны Ахмадуллиной, которой я долгие годы помогаю и являюсь директором по спецпроектам в её бренде. Дефиле Алёны было пронизано образами Васнецова, эпическими птицами Сирин и Алконостом. Да и вообще всё замечательно закрутилось: уютное московское лето сменила пусть и рецессионная, но очень тёплая осень. А Рождество я встречал в Нью-Йорке… – Но как же весь этот крейзи-кризис? – Ну что с ним поделать? Принять как есть. В этом состоянии будем достаточно долго находиться. Но это ни в коем случае не должно существенно повлиять на личностную карту мира. Больше времени теперь можно тратить на самосовершенствование – изучение языков, чтение… Наконец-то можно посмотреть все DVD, которые вы купили, но никогда не находили времени их посмотреть. Если ареал возможных стран для путешествий будет сужаться, можно ходить в какие-то достопримечательные места, знаковые для того региона, где ты находишься. Я вот, к примеру, может быть, на следующий год действительно лучше познаю Россию. Мне очень интересно её посмотреть, потому что я бывал только в Москве, Санкт-Петербурге, Красноярске, ну и в нескольких городах помельче. Собственно, больше нигде в России не объявлялся и был бы счастлив узнать родную страну получше. К сожалению, кризис не будет корреспондировать улучшению сервиса в этих путешествиях. Но я буду стараться, тем не менее, проводить время с пользой. Вот побывал я в Суздале – всё было там очень интересно и замечательно. Помимо исторических достопримечательностей, есть там дом моего приятеля, красноярцы его знают, это Вадим Дымов – владелец марки «Дымов», чей завод работает и в Красноярске. – Я с ним тоже делал большое интервью. Приятный и неординарный человек. – Он – неопатриот. Вообще по-настоящему новый человек. С большой буквы гражданин. Отец замечательного ребёнка. Очень успешный и продвинутый бизнесмен. Новый его бизнес, помимо колбасного, это магазины «Республика», где можно купить музыку, книги, гаджеты. В Красноярске пока этих магазинов нет, но когда-нибудь они там окажутся. В Москве «Республика» уже достаточно широко представлена. Это то место, где я выбираю подарки, куда можно приехать ночью послушать и купить какие-то диски. Работает круглые сутки, во всяком случае магазин на Тверской-Ямской. Это тот вид бизнеса, который лично Вадима очень вдохновляет. – Дымов – неопатриот. А какова гражданская позиция Друяна? – Относительно собственного творчества и работы могу сказать, что «вне политики – значит вне конкуренции». С другой стороны, будучи образованным мужчиной, я интересуюсь политической ситуацией в стране. Очень часто переживаю из-за того, что и как здесь происходит. Я должен наблюдать за макроэкономикой России, всё-таки это влияет на мою сферу интересов, мой круг обязанностей. Поэтому стараюсь быть всесторонне подкованным гражданином. – На выборах бывали? – Вы знаете, я до сих пор прописан… в Красноярске. (Смеётся.) Поэтому… – Случались недоразумения с московской милицией? – Нет, у меня всё-таки штамп о прописке есть, пусть и красноярский. – А на какой улице прописаны у нас? – На проспекте Мира. Могу даже добавить: в доме номер 7. Там неподалёку «Беллини» – модное место. Напротив гостиницы «Метелица» этот дом. – Однако продолжим о большой политике. Путина и Медведева друг от друга отличаете? – Безусловно. – Или всё-таки это как двуединый орёл с герба? – Да бросьте, достаточно сильно они отличаются. Во всяком случае, у них разные поведенческие модели. Посмотрим теперь, насколько они будут полярны или одинаковы в течение этих лет, оставшихся до следующих выборов. Ведь поправки в Конституцию не предполагают увеличения срока действующего президента? Но времени для сравнений и размышлений предостаточно. Посмотрим. – А между тем в Америке победил Обама… – Я абсолютно счастлив, очень-очень счастлив за Обаму. В высшей степени замечательно, что эта глобальная история случилась. Мы присутствуем при уникальном событии в мировой политике, в мировой истории, когда Америка выбрала темнокожего президента. Причём с достаточно существенным перевесом. – Теперь лояльность, толерантность, адекватность в мире повысится? – Я очень желал бы этого. Сам я не делю людей на разные религии или разный цвет кожи. Хотя, безусловно, в свою очередь, хотел бы сделать большое интервью с Бараком Обамой. Мне было бы интересно. – Опра Уинфри, наверное, хочет первой подкатиться к нему... – Опра уже, по-моему, не одно из них сделала. Она вообще идеолог, она – один из столпов этого дела. Вряд ли у нас с Обамой нечто похожее на интервью случится, но мне было бы крайне любопытно испытать себя и его… Посмотрим, что он сделает как президент. У него очень тяжёлый крест, он ведь получил страну в крайне тяжёлом состоянии. – Вот вы по миру немало колесите. А есть ведь такая сакраментальная фразочка: «Не любят наших за границей»… – Неправда, неправда. Нет! Русских и вообще россиян любят за границей. Наши очень много там тратят. Я думаю, что даже в период этой общемировой рецессии они остаются своеобразным форпостом абсолютного удовольствия. Не последним, но весьма значимым. Последний форпост – всё-таки арабская максима отдыха и количества денег, которые человек может на это потратить. Мне же, наоборот, хочется, чтобы Россия стала по-настоящему туристической страной и к нам приезжало бы много людей со всего мира. Мне кажется, как минимум Москва и Петербург этого всячески заслуживают. – Чем Москва недотягивает до «кручёных» мировых центров? – У нас не хватает любви к людям и заботы о них. – Слишком уж милицейское государство? – Вы чересчур широко трактуете проблему. Я бы не стал так говорить. Диктата силовиков, во всяком случае, при моей жизни не было никогда. А вот настоящей любви к ближнему, искреннего желания помочь или как-то скрасить существование другого человека – такие качества мало у кого есть. Очень сложная догматика у нынешнего мира. Современное общество – это когда всем постоянно некогда, люди живут в своих норках, изолированно друг от друга и редко общаются с кем бы то ни было. При этом – невообразимая концентрация огромного количества менеджеров. А я бы очень хотел, чтобы обеспечивалась социальность города, удобство Москвы для жизни: чтобы можно было ездить на велосипедах, пить вкусный кофе не за безумные деньги, гулять по многочисленным аллеям. У нас ведь, по сути, ни одного большого парка нет в городе. Есть, но не того уровня, какой хотелось бы. То же самое я могу говорить про Красноярск и большинство российских городов. Они сделаны очень хаотично. Нет общей системы их постройки, многообразия форм существования и создания города как комплекса услуг и забот, направленных лицом к горожанам. Этого очень-очень не хватает всем российским мегаполисам. Но это, например, есть в Париже, очень удобном и «человечном» городе. Там можно очень много ходить пешком, в Париже очень правильная строительная политика. Там комфортно несмотря даже на то, что это территория выраженной снобской культуры и весьма небольшой любви парижан и вообще французов к влиянию извне. Но Париж мне и нравится именно из-за своей уникальности. У нас совсем не то. Мало того, жить в большом городе России очень и очень непросто. Здесь нередко бывает даже страшно. – Антипатичные личности для вас существуют? – Существуют, да. Но я стараюсь бороться с этим чувством. Всем хватит места под солнцем. У меня работа социальная очень, но даже с теми, с кем приходится сложно в общении, я стараюсь быть максимально уважительным. В том числе с человеком, чьи ценности я, возможно, не разделяю вплоть до полной противоположности. Умение найти язык даже с этими людьми как раз и входит в роль социального продюсера, идеолога конкретных свершений. Стараюсь эти качества в себе развивать и получать от этого удовольствие. – По-моему, неплохо владеет такой разговорной дипломатией ваша хорошая знакомая Ксения Собчак. Кстати, так ли тяжёл её характер, каким его малюют все кому не лень и даже некоторые, кому лень? – Нет, не тяжёл характер. Она очень требовательный человек в работе. Но эта её, может, и чрезмерная яркость в работе абсолютно не имеет отношения к внерабочей жизни. Ксения – замечательный человек, мой хороший соратник. И я тоже её соратник. – Отдыхать вместе доводилось? – Она любит бывать в моём ресторане, ей нравится, пусть и не так часто она там появляется. А вместе мы были на одном очень достойном мероприятии в Тбилиси. У нашей подруги на свадьбе. Нам там было так хорошо, как только можно себе представить при богатом воображении. Потрясающий город! Я бы с удовольствием вернулся в Тбилиси. И хотел бы пожелать скорейшего завершения этого тяжелого конфликта, когда нельзя улететь из Москвы в Тбилиси и наоборот. Мы вовремя успели увидеть этот сказочный город. Вообще грузины, конечно, удивительные люди. А что касается Ксении, то иной раз ей и присесть некогда, не то что с размахом отдыхать. Очень много она работает. – Зело любопытно: а для чего? – Она зарабатывает деньги. – Неужели ей мало? – Не думаю, что она много скопила и может позволить себе сибаритствовать. Разумеется, я не знаю, сколько на её счетах в банке. Но она работает ещё и потому, что получает от этого удовольствие. К тому же она чрезвычайно востребованна на рынке. Если тебя просят что-либо вести на телевидении, глупо отказываться, ведь ты делаешь это очень хорошо. Или писать статьи, если ты знаешь материал, о котором рассказываешь. Что – этого тоже не делать? Поэтому Ксения востребована, бодра, мудра, ярка. Я желаю ей только удачи. – Не простыла она на «Последнем герое» среди ночных ливней? – Так тепло же! Мне кажется, там даже ночью очень жарко было. Мы тогда с ней почти сорок дней не виделись, для всех нас, её приятелей, это было настоящее испытание. – Интересно знать: Друян – фамилия армянская? – Она латышская! Замечательный режиссёр Алвис Херманис, который недавно поставил спектакль «Рассказы Шукшина», где играют Чулпан Хаматова, Евгений Витальевич Миронов и вся команда «Театра Наций», которым руководит Евгений Витальевич… Так вот, этот великолепный европейский режиссёр мне как раз и рассказал, что рядом с городом Резекне протекает река Друя – и поэтому в тех местах много Друянов. – Но на латыша вы, мягко говоря, похожи весьма символически. – Безусловно, я, видимо, какой-то микст. Латвия плюс, безусловно, еврейская кровь. И, конечно, что-то русское. Хотя многие мне говорили, что я похож на француза. – Или на итальянца. – Да! Шеф-повар в моём ресторане как раз с Апеннин, его зовут Джакомо, и нам очень просто бывает найти общий язык. Хотя он говорит только по-итальянски! (Смеётся.) Но мы даже настроениями друг друга понимаем. И всё-таки итальянский я собираюсь выучить. Может, меньшее количество суеты во время кризиса как раз поможет это сделать. – Память-то в порядке? – Надеюсь, ещё при мне! – Я всё продолжаю раскопки вокруг вашей фамилии. С детства обращаю внимание на титры мультфильмов. И там товарищ-господин Друян с незапамятных времён встречается. – Да, да, конечно! Михаил Друян – великий мультипликационный оператор. Я полный его тёзка. – В интернете подсмотрели, кто он такой? – Да вы что! Я, возможно, все его фильмы видел. Я ходил на них ещё при Советском Союзе. Тем более что очень люблю анимацию. Друян – действительно великий мастер своего дела. Да и моя собственная жизнь давно уже похожа на цветной мультфильм. – Гедонисты хотят жить долго и счастливо. Что для этого предпринимаете вы – фитнес, йогу, бег трусцой? – Увы, спортом я не занимаюсь. Наверное, к сожалению. Я бы очень хотел ходить на плавание. И посещать хороший атлетический клуб. Это, конечно, в Москве недёшево. Но дело в другом. Надо ведь заставить себя преодолеть леность. И необходим квалифицированный тренер, потому что если будешь заниматься сам, ничего существенного не добьёшься. В ближайшем будущем я обязательно хотел бы укрепить здоровье, а именно – увеличить физическую силу. …А выгляжу я хорошо потому, что не пью кофе. И не курю. И не употребляю наркотики. Я нормально – по 6-7 часов в сутки – сплю. – Надо 8! – 6-7 мне вполне достаточно. А главное – я испытываю много позитивных эмоций. И стремлюсь заставить людей, общающихся со мной и с моими проектами, испытывать такие же чувства. Никаких особых секретов нет. Но некий элементарный мужской стиль нужно поддерживать. – А кто вообще, по-вашему, стильные люди? – Вадим Дымов – очень стильный… – Обычно ещё называют Гошу Куценко, Фёдора Бондарчука и на этом стопорятся. Да, ещё Зверев… – Я к Сергею с теплотой отношусь, но у него несколько иное понятие стиля, нежели то, которое разделяю я. Стиль – это интонация, которую невозможно спутать. Вообще достаточно сложно – быть стильным. Мне представляется очень стильным Владимир Спиваков. В нём есть не просто стильность, но породистость и аристократизм. Очень нравится Сергей Михайлович Сильянов – известный продюсер. Мне сложно визуально назвать его стильным, но это человек-созидатель – удивительный, фантастический, у него просто сумасшедшая харизма. Из стильных людей ещё хотелось бы многих отметить… Непросто всё это… – Может, мирового уровня личности переберём? – Если мирового уровня – тогда гораздо легче, тут можно перечислять дальше и дальше, начиная с Джонни Деппа. – Киану Ривз? – Киану – нет. Киану – абсолютно нет. Хороший артист, но не стильный вообще ни разу. Сейчас я подумаю, кто же ещё из наших, Отчизне хочется должное воздать… Алексей Ратманский – художественный руководитель балета Большого театра. Илья Лагутенко, да! – вот кто очень-очень стильный мужчина, причём долгие годы блестяще держится. – А из дам вы тут же назовёте Ренату Литвинову? – Непременно упомяну Ингеборгу Дапкунайте. У меня большой материал с ней вышел в декабрьском номере «Harper`s Bazaar». Нежно общаемся долгие годы – и вот случилось всё очень интересно. – А если определить лауреатов в номинации «Самый умный человек»? – Мне умные достаточно часто встречаются. Но не хотелось бы никого упоминать всуе. – Тогда можно назвать писателей. Какой там у нас традиционный круг – Пелевин, Сорокин… – Наверное, и я их отмечу. Виктор Олегович Пелевин – потрясающий… Владимир Георгиевич Сорокин – гениальный… Я люблю и Татьяну Толстую, какие-то её рассказы. Из зарубежных современных авторов мне очень нравятся Джозеф Кудзи, Майкл Канингем, Йен Макьюэн, Богумил Грабал. Большое впечатление произвёл гениальный роман Мишеля Уэльбека «Платформа». Преклоняюсь перед талантом Эдуарда Лимонова – блистательного писателя и настоящего революционера по жизни. Мы с ним, кстати, знакомы. Недавно я познакомил с ним Дмитрия Логинова, и тот взялся сшить для Эдуарда Вениаминовича костюм. Будет очень здорово, если последний российский революционер станет вообще неотразимым. – Лимонов прекрасно разбирается в модных вещах. – Эдуард Вениаминович знает про стиль всё! Видел самых стильных людей мира сего. И вообще это один из ярчайших представителей российской интеллигенции. – А сами где одежду покупаете? – Ой, много где! В разных точках планеты. Очень люблю это делать. Я обожаю Берлин. Очень люблю и Париж с точки зрения шопинга. Москва – тоже есть такой замечательный город. Где бы я ни был, обязательно стараюсь приобрести что-то в свой милый сердцу гардероб. – Автомобили… – Я их не вожу. Хотя бы потому, что тогда придётся почти совсем не выпивать на вечеринках. Впрочем… не хочу загадывать. Нравится «Lexus-SC 430», спортивный кабриолет. Впечатляет и «Porsche». Нет чрезмерного фетиша к «Ferrari», которые всё-таки должны быть больше приспособлены к жизни, а не исключительно к гоночным реалиям. – Шоу-бизнесу надо бы воздать должное… – Общий уровень нашего шоу-бизнеса очень низкий. Всё это иногда бывает весьма трогательно, но чаще – просто смешно. Причём это не суть необразованность людей, хотя и такое часто бывало. Людям, которые творят на сцене в России, в большинстве случаев не хватает вкуса и желания что-либо кому-то доказать. Они бывают заложниками собственных образов. У них не хватает желания или, опять же, интеллектуальных способностей либо усовершенствовать их, либо изменить. Поэтому всё меньше и меньше у меня в светском обществе Москвы да и России в целом может возникнуть оснований для истинного восхищения к кому-либо из тех, кто занимается музыкой. Но всё равно, к счастью, герои есть, которые могут быть очень симпатичны. Я с большим уважением и даже восторгом отношусь к Константину Меладзе, потрясающему композитору и гениальному мелодисту. И к его брату Валерию. С пиететом отношусь к тому, что производит Земфира. Её концерт в «Олимпийском» 1 апреля был в последнее время одним из лучших зрелищных мероприятий, на которых я побывал. Не только в России, но и в мире. Безу-словно, не позволяет расслабиться ни себе, ни поклонникам Жанна Хасановна Агузарова, которая, говорят, готова потрясти музыкальный мир каким-то уникальным альбомом. Который, правда, всё никак не выпустит по каким-то причинам. Но каждый её новый сингл вновь заставляет уверовать в то, что всё-таки она – великая русская певица. – Нет ощущения, что Земфира всё же притормозила? – Что такое «притормозила»? – Начало было ошеломляюще успешным. Потом какие-то депрессняки начались, нервическое отшельничество, продвижение собственной персоны почти исключительно интернет-ресурсами… – Ну и замечательно! Она верит в то, что всё можно распространять именно так. Почему нет? Я могу её в этом только поддержать. Нет, она абсолютно не затормозила. Ей уготован свой творческий путь. Главное, что на этом пути она честна сама с собой. Лично мне она очень интересна. А этот ни на кого не похожий своими композициями Дельфин – тоже абсолютно потрясающий человек. Про него я могу говорить с большим восторгом. Мне кажется, что он – умница, его альбом «Юность» – это потрясающе! – А разве экстравагантная личная жизнь не увела Земфиру подальше от реального и музыкального мира? – Я не знаю, насколько их с Ренатой связывает личная жизнь. Они это не афишируют. У нас нет ни подтверждений, ни опровержений. Это может быть так и не так. И это мне абсолютно не интересно. Мне важно, чтобы она оставалась собой. А ещё мне жаль, что у нас почти перестали снимать неординарные клипы. Лучшим клипом за последнее время, наверное, можно назвать «Пока» – работу рижского клипмейкера Вити Вилкса для Алёны Свиридовой. А в целом саму историю производства музыки в России давно пора бы освежить новыми идеями. – Персонально чьим-то поклонником являетесь? – Да! К счастью, есть мой любимый Илья Лагутенко, за чьим творческим путём я наблюдаю всегда. Мы с Димой Логиновым, живя в Красноярске, вообще по нему фанатели, были на самых первых его концертах, когда он приезжал к нам. Сейчас мы приятельствуем, и когда Илюша выступает в Красноярске, он от меня привет землякам передаёт. Публика всегда очень живо реагирует, и это очень трогательно. – Что ж, осталось поговорить разве что о телевидении… – Обожаю программу «Хорошие шутки» на канале СТС. Я и сам там участвовал под Новый год. Но, конечно, не поэтому её люблю. Это действительно замечательно и очень смешно. Таня Лазарева и Михаил Шац – удивительны и неповторимы. Также мне очень нравится программа «Умники и умницы» на «Первом», я её смотрю каждое утро в воскресенье. – Она так рано идёт… – В девять утра – нормально. Уже можно проснуться. И ещё смотрю «Самый умный» на канале СТС. Причём только классический вариант смотрю, а не гламурный. Мне нравятся и многие документальные фильмы, которые в последнее время стали неплохо делать на центральных каналах. – А как вам вышеупомянутый «Последний герой»? – Не смотрел ни разу. Но поскольку подруга Ксения его вела, думаю, зрителям было весело. Я просто не смотрю в это время телевизор, это вечером в пятницу или в субботу, я уже всегда где-то существую вне экрана. Но могу сказать, что «Первый канал» подкупает профессионализмом: очень хорошая упаковка, первоклассная монтажная история – там всё на уровне. А ещё есть замечательный канал «Культура», есть там программа «Камертон», которую ведёт удивительная Сати Спивакова… Жизнь прекрасна! – Себя не видите в роли телезвезды? – Мне не раз уже говорили: «Михаил, надо тебе идти на телевидение». Но, скорее всего, вряд ли я мог бы оперативно найти там такую нишу, где можно было бы делать то, что реально тебе нравится. И при этом держаться независимо. Всё-таки там всегда происходят битвы за некий «формат». Так что пока наслаждаюсь амплуа телезрителя. – Как может быть оформлена ваша мысль, определяющая жизненный успех? – Думаю, очень важно в жизни быть здесь и сейчас. И в своей реальности я стараюсь быть именно здесь. И непременно сейчас. – А если «здесь и потом»? Ну, скажем, каким вы будете после 65? Можно ли вообразить Михаила Друяна в виде закатного солнца? – Надеюсь остаться с той же самой стратой и жарким желанием жить. Ведь в мире столько чудесного!
