Эта точка зрения генерального директора ЗАО «Сангилен+» идёт вразрез с общепринятым мнением.

Бизнесмен из Красноярска Роман Гольдман удивил общественность края заявлением о том, что «кризис закончился, забудьте!». Причём это прозвучало в ноябре прошлого года, когда основная масса предпринимателей ещё только начала ощущать спад деловой активности. И вот новое громкое заявление, которое также у многих может вызвать недоумение.
Как удаётся генеральному директору ЗАО «Сангилен+» выбиваться из общего ряда и к чему он стремится в результате? Эту тему и пытается раскрыть наш корреспондент в откровенной беседе со своим визави.

 – Роман Геннадьевич, вы были участником шестого Красноярского экономического форума. Признайтесь, банкиров же там ругали…
– Ругали, что скрывать. Но ругали те, кто еще не вписался в новую действительность, а живет старыми представлениями. Еще недавно привычно было, что банки дадут вам кредит на любую сумму и с максимально низкой процентной ставкой. Многие по инерции ждут, что так будет и сейчас. Но времена изменились, и кризис по банковской системе ударил больнее, чем по кому бы то ни было. Это надо понимать и перестраивать свои взаимоотношения с банковским сообществом.
– И что же надо делать?
– Встречаться вновь и вновь, убеждать в своей кредитоспособности, объяснять, за счет чего будем производить выплаты, – словом, договариваться, искать общие точки соприкосновения…
– Да нет сейчас точек соприкосновения у производителей и банковского сообщества. На чём они могут сойтись, если играть на понижении ставки рубля банкам гораздо выгоднее, чем вкладывать в реальный сектор? И тут никакие увещевания не помогут, равным образом как и прокуроры в роли надзирающей инстанции…
– Вашу точку зрения, безусловно, разделяет часть банковского сообщества. Мы с этим столкнулись сами, и я горячился ничуть не меньше, чем вы сейчас. Представляете, пять месяцев нас водил за нос наш надежнейший в прежние времена партнер – Россельхозбанк. И просили-то мы сумму небольшую, всего 30 миллионов, и залог предлагали более чем основательный (57 миллионов), но в результате нас согласились прокредитовать лишь на… 3,5 миллиона рублей.
– Ну вот, а вы говорите…
– Говорю, но мы обратились в Сбербанк и встретили там совершенно иной приём. В январе нынешнего года, менее чем за месяц, нам оформили кредит на 15 миллионов рублей под развитие нашей основной деятельности (оптовые поставки нефтепродуктов. – Прим. ред.), сейчас готовится еще один транш в размере 12 миллионов рублей, но уже на приобретение сельскохозяйственной техники.
– И где же находятся места обетованные для заёмщиков?
– В Емельяново. Возглавляет филиал Надежда Михайловна Самохвалова. Она грамотный и ответственный специалист, внимательно изучила все предоставленные нами документы и нам поверила. Но дело не только в ней, наверное. В Сбербанке понимают, что с теми, кто прошел пик кризиса и выжил, можно и нужно иметь дело, равным образом как и то, что выйти из кризиса производители и банкиры могут только вместе, а в одиночестве обречены на проигрыш. Теми же мотивами наверняка руководствовался и управляющий Балтийского банка развития Алексей Владимирович Шитов, который также открыл для нас кредитную линию. Они не ошиблись, мы добросовестно расплачиваемся…
– Сильно сказано. Вас бы вот прямо сейчас в Правительство России или на худой конец в руководство Россельхозбанка…
– А вот и зря вы ёрничаете. На самом деле понимание общности интересов обязательно придет ко всем, кто занимается реальным бизнесом, а ведь банкиров из этого числа никто не вычеркивал. Если некоторые в силу своих интеллектуальных слабостей или личных интересов не сумеют увидеть ситуацию в целом, то им помогут. По крайней мере, именно на это направлен вектор деятельности и нашего президента, и нашего премьер-министра…
– Какие проекты вы собираетесь финансировать благодаря банковским кредитам?
– Кризис, безусловно, внес коррективы в нашу деятельность. Пришлось, в частности, сузить рамки инвестиционной активности. В 2009 году собирались только в Большемуртинском районе посеять 10 тысяч гектаров зерновых, а всего – 12 тысяч. Теперь уже понятно, что ограничиться придется 5 тысячами гектаров. Будем делать упор на интенсификацию зернового производства. Пусть будет 5 тысяч гектаров, но с каждого из них мы намерены получить по 40 центнеров зерна, почти вдвое больше, чем в 2008 году. Для того чтобы решить эту задачу, уже приобрели новый трактор «Катерпиллар» стоимостью более 500 тысяч евро, будем приобретать дисковые бороны и другую технику, закупили новые семена пшеницы «Баганская-95», потенциал которой очень велик, имеем на складах 450 тонн нитроаммофоски и 750 тонн селитры. Всего планируем в нынешнем году вложить в сельское хозяйство до 60 миллионов рублей.
– С головой уйдя в земледелие, вы еще в прошлом году напрочь отвергали животноводческие проекты. Изменилось ли что-то в этом плане в связи с кризисом?
– Изменилось, и именно в связи с кризисом. Известно, что закупочные цены на зерно с прошлой осени резко упали, и оказалось трудно пристроить по достойной цене даже те 80 тысяч центнеров, которые были у нас на складах. Отдавать зерно за бесценок не просто жалко, а нерентабельно. Пришло логичное решение, что животноводством заниматься надо, потому что молоко, как я прогнозирую, в ближайшее время начнет прирастать в цене. Мы присмотрели готовую ферму со 150 коровами элитной породы. Не спрашивайте пока, где и по какой стоимости. Нам самим ясно пока одно: начинаем работать в этом направлении.
– Не помешает новое увлечение реализации планов по поставкам в край современной сельскохозяйственной техники? Насколько мне известно, вы ведь стали дилером таких ведущих компаний, как «Катерпиллар», «Клаас», «Лаверда»?
– Ничуть не помешает. Мы вообще предпочитаем на собственном примере показывать, как работает та техника, которую мы завозим в край. В прошлом году убирали зерновые на комбайнах «Лаверда» – и в четыре (!) раза превысили среднюю выработку по краю на один уборочный агрегат. Нет нужды теперь ехать за опытом использования этой техники за границу, достаточно проехать 100 километров от краевого центра в северном направлении – и вот он, полигон. Скажу больше. Мы твёрдо намерены создать свою школу механизаторов, куда в будущем любое хозяйство края сможет послать своих представителей и где их обучат не только азам работы на самой современной технике, но и покажут, как её правильно эксплуатировать и обслуживать. Не забывайте и о том, что мы не только продаем технику, но целиком обеспечиваем её сервисное обслуживание. Сейчас наши специалисты постигают секреты мастерства в Италии и Канаде, Краснодарском крае и Тамбовской области, то есть везде, где мы можем почерпнуть что-то новое и интересное. Ориентируемся на правило «шести часов», то есть наши специалисты в течение этого времени обязаны прибыть по вызову в любую точку края.
– Вы являетесь активным участником программы государственной интервенционистской политики по закупкам зерна. В её отношении многие являются скептиками, а как вы к ней относитесь?  Эта программа выполняет свою основную задачу?
– Впервые, пожалуй, в прошлом году государство так активно отреагировало на состояние зернового рынка. Интервенционистские закупки зерна начались уже в ноябре 2008 года, и для многих они стали спасением, потому что спекулянты всячески пытались сбить цены, но им этого не удалось. И не удалось потому, что минимальный уровень цен установило как раз государство. Он, этот уровень, оказался приемлем и для нас лично, потому что продовольственное зерно закупалось по 6 рублей за килограмм. Не так много у нас такого зерна и было, но необходимую передышку мы получили.
В целом же только через принадлежащее нам хлебоприёмное предприятие государство выплатило производителям около 50 миллионов рублей. Считаю это серьезными инвестициями в отрасль.
– Насколько нам известно, мощности вашего ХПП позволяют принять около 30 тысяч тонн зерна, но хранится у вас на самом деле гораздо меньше. Говорит ли это о том, что хоть с этим у нас в стране всё в порядке?
– Не говорит. Мощностей по хранению зерна в крае и стране катастрофически не хватает. Дело даже не в том, что зерновое производство на подъеме. Вот те же интервенционистские закупки. Мы приняли на хранение на сегодняшний день 8,5 тысячи тонн, а по стране в целом, насколько мне известно, около 7 миллионов тонн. Но это ведь капля в море от общего объема намолоченного в стране зерна (примерно 6 процентов). Куда складировать остальное, если учесть, что мы сами в прошлом году намолотили 8 тысяч тонн, а в нынешнем году намерены собрать не менее 20 тысяч тонн зерна? Уже просматривается дефицит мощностей, потому что урожай-2009 девать будет некуда. А в 2010-м? Осознавая это, мы намерены запустить программу строительства мощного комплекса для хранения и переработки зерна не менее чем на 100 тысяч тонн. Разумеется, этот комплекс должен располагаться в зоне железной дороги, иметь в своём составе комбикормовый завод и завод по изготовлению экструдированных кормов. С площадкой мы определимся самостоятельно, но без помощи государства такой комплекс, сметной стоимостью (по самым скромным подсчетам) в 15,3 миллиона долларов, нам просто не построить. Хотя, повторю, это краю остро необходимо.
– Как бы там ни было, основной «дойной коровой» для вас остаются оптовые поставки ГСМ. Есть здесь какие-либо новации и в чём они заключаются?
– У нас есть две «фишки», которые выделяют нас из общего ряда поставщиков ГСМ: качество топлива и скорость доставки его потребителям. «Сангилен», похоже, единственная компания, которая ориентируется исключительно на новую технику, – только за последний год мы приобрели шесть самых современных импортных бензовозов, включая два «американца», емкостью от 24 до 30 кубометров. Отличительной особенностью их является многосекционность, что позволяет удовлетворять самые пристрастные требования потребителей, особенно мелкооптовых.
Отличительной особенностью является также то, что у нас практически нет розницы, то есть своих автозаправочных станций (всего одна в краевом центре, к которой, правда, всегда очереди). Другие крупные оптовые поставщики топлива в первую очередь опекают своих розничных «дочек», где и получают основной доход. Для нас же на первом месте – оптовые клиенты, для которых мы целевым назначением и закупаем топливо. Сбоев в его доставке мы допустить не можем, равным образом как и «накручивать» цены на бензин, масла и так далее.
Мы также единственные, кто поставляет в край мини-АЗС емкостью от 6 до 30 кубометров, что очень востребовано дорожниками, лесниками, мостостроителями, то есть профессионалами, деятельность которых не привязана к конкретному месту. Причём особо отмечу, что мини-АЗС мы готовы установить в любом уголке края и совершенно бесплатно, что позволяет контролировать качество топлива и его расход в реальном времени.
– Что ж, вам действительно нужно дружить с банкирами, для того чтобы воплотить в жизнь все грандиозные задумки…
– Мне бы только хотелось добавить, что и им нужно было бы дружить с нами. Пусть я и повторюсь, но скажу еще раз: наша сила только в совместных действиях по выводу страны и края из кризиса. Кризис действительно закончился в том плане, что он уже наглядно выявил все слабые места нашей экономики, определил аутсайдеров, в число которых попали в том числе и многие банки. Кто остался на плаву, кто доказал свою жизнеспособность, должны идти вперед рука об руку…

Наша справка:

ЗАО «Сангилен+» создано в 2003 году. Основные направления деятельности – оптовые поставки нефтепродуктов, сельское хозяйство, операции на рынке зерна и рынке недвижимости. Денежный оборот в 2008 году – 1,3 миллиарда рублей. Численность работающих – 65 человек.
Роман Гольдман является владельцем и генеральным директором компании с момента основания.