В минувшую субботу ему исполнилось 70. Сокол стал аксакалом. Кому недостаточно красивой показалась моя словесная бижутерия, поясню: «Мимино» – как раз и означает «Сокол».Благородство героя на этом не заканчивается: он – прямой потомок знаменитого полководца Багратиона.
Мама Вахтанга Константиновича – певица Манана Багратиони – происходила из династии Багратионов, которые царствовали в Грузии с IX века до самого конца монархизма. Сегодня их потомков осталось очень мало. А самый редкий и ценный из них – наш сегодняшний гость.
Многое в нём от царей. Ещё больше – от простого народа. Аристократичная осанка и простодушная, порой до самых ушей, улыбка. Спокойный бархатный голос, рассудительность и искренность – всё в нём. Как истина в добром вине.

– Вахтанг Константинович, сегодня во время концерта вы всуе помянули Михаила Горбачёва. Как-то разделяете для себя – вот было время Брежнева, потом Горбачёва, Ельцина, Путина… Или жизнь для вас едина – и не стоит делить её на какие-то именные эпохи?
– Конечно, в идеале не стоило бы её делить. Но всё равно, к сожалению, приходится. Человек – он же с мозгами, пусть даже и с маленькими. Человек, так или иначе, всё равно как-то задумывается над жизнью. Поэтому сколько бы я сейчас ни говорил, что не делил никогда жизнь на политические периоды, это не будет искренним. Конечно же, делил. И пока что ничего хорошего не могу сказать по этому поводу, к большому сожалению. Но если дело к демократии пойдёт – всё, что сейчас творится, будет для наших внуков означать много хорошего. Должно получиться…
– «Хорошее» – наверное, не оттого, что разделили нас на отдельные «княжества»? Грузия уже не с Россией. В последнее время как-то особенно она не с Россией. Об этом вы, наверное, и сожалеете, когда говорите, что ничего хорошего не получилось пока у политиков?
– Я переживаю, что вообще нарушилась такая хорошая русская поговорка – «Человек человеку друг, а не волк». Сейчас немного наоборот получается. Об этом я сильно сожалею. А ведь это две христианские страны. Одна большая – Россия. И малюсенькая Грузия. (Дословно было сказано «масюсенькая».– Прим. И.Р.). Вокруг Грузии сосредоточился почти весь мусульманский мир. Я ни в коем случае не хочу кого-то оскорбить. Просто дело в том, что для России Грузия – очень серьёзный форпост. Я имею в виду политический момент. Поэтому, наверное, надо как-то по-другому сценарию всё сейчас делать.
– Это положение в нашем бывшем общем доме. А где сейчас дом вашей семьи? В Москве?
– В Тбилиси, почему же. Я всю жизнь как в Тбилиси жил, так и живу там. Трое внуков у меня. Старшему внуку двадцать восемь лет. Закончил недавно магистратуру в Торонто, а до этого он закончил в Лондоне университет. Хороший пацан вообще. Второму – двадцать один. Третьему – тринадцать. Двое мальчиков от сына, а старший – от дочери. Замечательные все ребята.
– Вы сами сейчас в возраст умиротворённой мудрости вошли. Во всяком случае, со стороны именно так представляется. Или вы гораздо проще живёте, особо не задумываясь, что там будет завтра, что послезавтра…
– Как не задумываешься? Задумываешься, конечно. Просто не всегда это окружающим показываешь, потому что у нас вообще быт немного по-другому в доме устроен. Я имею в виду семейный уклад. Ты всегда знаешь, что все на тебя смотрят. Как-то ты нахмуришься, загрустишь, так они под тебя и будут подстраиваться. Иногда специально не показываешь, что именно тебя беспокоит в политической жизни и вообще что вокруг происходит. Естественно, человек мудреет с возрастом. Но как-то неизменно с юмором я всю жизнь жил. Так до сих пор и смотрю на всё с огоньком.
– Философия истинного тбилисца?
– Может быть. Люди у нас действительно незаурядные, не соскучишься с ними. Был однажды случай, когда я гостей водил по Тбилиси, по старому городу. И мы зашли в знаменитые серные бани, воспетые классиками. Просто я показать их гостям хотел. Это очень интересное старинное здание, необычно сделанное. И там банщик со мной поздоровался. Сейчас не буду врать, я не помню точно, как его звали. Допустим, его имя было Жора, он был азербайджанец. И я сказал ему, что со мной гости, иностранцы. Он говорит: «А у вас время есть?» – «Есть. А что?» – «Я, – говорит, – через пять минут прибегу, только не уходите».И вот мы там около большого бассейна стоим в этой бане. Жора куда-то убежал – и буквально через пару минут все его соседи, которые вокруг жили, пришли – и у кого что дома было, всё принесли: котлеты, зелень, сыр, кувшин вина…

продолжение на 3 стр.