Турчинский говорил хриплым осипшим голосом – «издержки производства», как он выразился. Два месяца без передышки он вёл своё шоу «Бои без правил». Тем не менее за «страшным» голосом и могучей комплекцией скрывался приятный и доступный в общении собеседник.
Сегодня Владимир Турчинский – это: мастер спорта по борьбе дзюдо и самбо, чемпион СССР и обладатель Кубка России по американскому футболу, обладатель рейтинга №1 в международном телевизионном шоу «Бои гладиаторов», сильнейший человек России 1998 года по версии профессиональной лиги «Интерстронг», неоднократный рекордсмен Книги рекордов Гиннесса и Книги рекордов мира, обладатель множества званий по бодибилдингу, неоднократный участник чемпионатов мира World’s strongest man, президент Профессиональной лиги силового экстрима, директор сети спортивных клубов «Марк Аврелий». Что ещё? Актёр, музыкант, художник, шоумен. Однако более всего Владимир гордится своими детьми.

– Можно подумать, что у вас вообще нет свободного времени. Всё пашете и пашете.
– Я умею психологически переключаться с одного вида деятельности на другой, поэтому – голова отдыхает, а тело работает. Я никогда не устаю. (Смеётся.)
– Бывает желание проваляться на диване все выходные, глядя в телевизор?
– Пару месяцев назад у меня была такая возможность – после травмы я лежал дома неделю и отдыхал. Но чтобы осознанно залечь на диван, да ещё и уставиться в телевизор – пожалуй, этого я представить не могу. Тут ведь вот в чём дело… Я же не делаю того, что мне не нравится. Я что, дурак – бросать любимое дело? Есть анекдот про Красную Шапочку. Её спрашивают: что ты как дура оделась – красная юбочка, красное платьице? «Почему как дура?» Посмотрела на себя – а ведь и правда, как дура.
– Однажды вы назвали себя подкаблучником.
– Да, я подкаблучник.
– Это жизненная позиция?
– Да нет. Это просто вопрос терминологии. Любой нормальный мужик, который реализован в жизни, – подкаблучник. Я получаю кайф от того, что могу воплощать в реальность желания моей жены.
– Ваша жена дома сидит?
– Она всю жизнь работает. Никогда не сидела на родительской шее и на моей не сидит. Она была генеральным директором фитнес-центра, книгоизданием занималась. У неё и сейчас свой бизнес. Слава Богу, что у меня есть возможность предоставить ей фронт работ. У меня жизненная позиция – дома должно быть всё хорошо. А уже потом возможны нюансы, которые в рабочем порядке решаются.
– А вообще как относитесь к женщинам, делающим карьеру? В бизнесе, в политике?
– Понимаете, если женщина чего-то хочет сделать, лучше ей в этом помочь, чем убеждать в обратном. Но если с ней рядом нет мужчины, который, скажем так, отвечает её статусу, то, скорее всего, у неё какие-то гормональные нарушения. Потому что в женщинах не заложена борьба за лидерство. Здесь может быть всего два момента. Либо у неё дома настолько всё хорошо, что ей нечем заняться, либо там всё настолько плохо, что ей приходится этим заниматься. Есть, впрочем, ещё и третий вариант – это убеждённые какие-то борцы за права человека или за другую «муйню». Брижит Бардо, например, тюленей спасает. Я с пониманием и терпимостью отношусь ко всем. Есть просто перегибы на местах, как с геями. Ну трахаются и трахаются они по углам, ну и чёрт с ними. Но когда это выносится на всенародное обсуждение с целью узаконить однополые браки, тут я поддерживаю Арнольда «Ивановича» Шварценеггера – хрен вам! Это же вопрос не фактического разрешения или запрещения. Это вопрос во многом политический и воспитательный. И бывает очень странно: вот президент говорит – давайте выполнять программу и рожать как можно больше. И тут же, в Большом Кремлёвском дворце, проходит награждение «заслуженным артистом России» человека, который ну никак не сможет родить.
– Что для вас сильный человек и чем он отличается от слабого? И всегда ли сильному человеку сопутствует успех?
– Очень неоднозначный вопрос. Дело в том, что сила духа не зависит от мышечной массы. Всем присущ страх, просто кто-то может его преодолевать, а кто-то нет. И с успехом то же самое: есть успешные, а есть удачливые. Я общаюсь с большим количеством очень богатых людей и порой думаю: боже мой, какой же ты идиот, как же ты денег-то заработал? Потому что, мне кажется, дурак не может заработать денег. Значит, он просто удачливый. Это как в казино, где выиграть нельзя априори, но люди выигрывают. Умный и удачливый рано или поздно всё равно своего добьётся. Я же, например, не делаю сейчас ничего такого, чего я не делал двадцать лет назад. Просто сейчас это приносит деньги. Я же не стал лучше, красивее или здоровее. Просто где-то что-то я «дожал». Но сверхъестественной удачи я не поймал. Баланс сохраняется. Буквально на прошлой неделе лишний раз убедился: что-то прибавляется, что-то уходит. Появился новый проект на телевидении – тут же пропал постоянный, как я думал, контракт на ведение в одном интересном и прибыльном месте боксёрских поединков. Я не стал лучше, я стал «раскрученнее», и не более того. Есть в этом плюсы, есть и минусы. Немного изменились привычки. Например, я перестал ходить туда, куда хочу, так часто, как делал это раньше. Пойти в выходной день погулять на Красной площади я уже не могу себе позволить. Семья гуляет, а я стою где-нибудь в сторонке. Зато я могу поехать в Таиланд на две недели, и меня там никто не узнает. Очень смешная ситуация была, когда мы «поцапались» с женой в Лувре. Мы потерялись, и она нашла меня в толпе наших туристов, которые брали у меня автографы.
– Владимир, вы человек разносторонний – живописью занимаетесь, музыкой. Ваш проект «Гуарана» до сих пор существует?
– Рисую очень редко. Я сейчас занимаюсь дизайном своей коллекции холодного оружия. Вырезаю дощечки, на которых экспонаты будут висеть. А проект «Гуарана» ещё жив, видимо, потому, что я существую. «Гуарана» сейчас – как лягушка зимой: замерла, в спячке. Но скоро проснётся. И голос у меня сейчас подходящий, хриплый. Сорвал – два месяца без передышки веду «Бои без правил».
– Это тяжело?
– Здесь какие-то дополнительные источники энергии включаются. Я понимаю, что это не нормально и не может человек в моём возрасте это физически выдерживать. У меня есть два молодых ассистента – они на карачках ползают от усталости.
– Бывает так, что пользуетесь стимуляторами? Той же гуараной?
– Мне сорок четыре года, у меня молодая жена, с которой я занимаюсь любовью практически ежедневно – и хочу делать это как можно дольше и рожать с ней ещё детей. Поэтому я прекрасно отдаю себе отчёт в том, что стимулирования на пустом месте не бывает. Это как в работе – если где-то прибавить, значит, что-то где-то убавится.

продолжение на 3 стр.