Наш «бронепоезд» по имени «матриса» держал курс на Барабинск. Олимпийские чемпионы, железнодорожное начальство, телевидение, пресса из помпезноватого Новосибирска поспешали в «столицу сибирских копчёностей» отнюдь не за деликатесной рыбой. Где-то там, где рельсы пронзают небо, ждали нас с хлебом-солью, блинчиками с икрой  и спортивно-культурной программой юные воспитанники барабинского спортивного интерната и их молодцеватые наставники. Мероприятие вдохновлено было «Карелин-фондом», чья славная история аккурат в эти апрельские дни получила первый юношеский возрастной разряд – 15 лет.
Сам виновник делового торжества – чемпион олимпийский трёхкратный, депутат думский трёхсозывный –  занимался привычным делом – был
в центре всеобщего внимания. И увести его в сторонку из этого «эпицентра землякотрясения» для беседы за жизнь было намного сложнее, чем огорошить матёрого полемиста Карелина какой-нибудь метафизической эскападой в густой клубничной заливке.  

– Сан Саныч, тут вот какая незадача: Хиллари Клинтон – потенциальный президент США – недавно призвала бойкотировать Олимпиаду в Пекине. Это, наверное, такой её предвыборный «ход лошадью». Тем не менее опасения крепнут, что якобы из-за тибетского конфликта самые грандиозные Игры века могут оказаться «вне игры»…
– Могу прокомментировать это очень просто. Мне повезло: я участвовал в Олимпиаде, которая прошла после двух бойкотирований. И на полноценной Олимпиаде я присутствовал спустя 12 лет, ещё как представитель СССР. В 80-м каплагерь бойкотировал Олимпиаду в Москве. В 84-м соцлагерь организовал «наш ответ Чемберлену» в Лос-Анджелесе. И у каждого из победителей и участников тех Олимпиад – всё равно остался горький привкус. Они могут даже себе в этом не признаваться. Но всё равно каждый, кто является специалистом, кто не фантик в этом деле, все понимали, что не хватало достойных соперников, а то и очевидных фаворитов. Это были всё равно неполноценные победы.
Сейчас наблюдается третья попытка обескровить Олимпиаду и выхолостить саму её идею – только потому, что это замечательный пиар-повод и что на его фоне можно прославить себя или свою «избирательность». Я считаю, что это предательский подход. В своё время и Саркози, новоизбранный президент Франции, тоже поддержал, не сильно подумав, эту идею. Вся эта горячка ни к спорту, ни, самое главное, к реальным достижениям целей не имеет никакого отношения. Это подменное дело. Это чистый популизм.
– Ничего не наладив в Тибете, можно попросту потерять Олимпиаду.
– Проблематика Тибета очевидна уже не одно десятилетие. А что ж они раньше на Китае не пытались «выспаться» за их прорыв, за то, что юань перегрет, за производительность их экономики? Что, нечего сказать было? Надо было дождаться Олимпиады? Дождаться того, что та же Франция проиграет Пекину в борьбе за право её проведения? И сейчас поквитаться за всё это? Но это не по-спортивному. И это не позволит достичь ожидаемых результатов. Неужто – раз – и китайское руководство начнёт кардинально отпускать вожжи в Тибете и откажется от протектората? Всё белыми нитками шито. Но, к сожалению, это хорошо ложится на слух. Это как горячие пирожки, которые хорошо расходятся.
Надо оставить Олимпиаду в покое. И сосредоточиться проводящей организации, всему мировому сообществу на том, чтобы на высочайшем уровне она прошла.
Не потому, что мы с вами живём недалеко от Китая, а потому, что именно там был изобретён порох – я имею в виду фейерверки и салюты, – от открытия Олимпиады я ожидаю феерии небывалой. И это тот случай, когда мне просто неимоверно хочется попасть рядовым зрителем, простым очевидцем на церемонию открытия. Не в гостевую ложу, а на трибуну, чтобы полностью почувствовать этот нерв.
– Вы не планируете там быть?
– Я собираюсь поехать. Но не в составе делегации. Хочу быть туристом. Я был в Афинах туристом, но не попал на открытие. Всё равно очень понравилось. А здесь я хочу побыть как раз на церемонии, потому что я уже был «с той стороны», на дорожке. Даже мне посчастливилось – я был знаменосцем. Вот теперь хочу и «отсюда» увидеть.
– А Сочи? Многие боятся, что вместо праздника может случиться трагифарс. Именно накануне. Там же узел проблем затягивается – перемещение людей с насиженных мест, делёжка большого-большого и такого аппетитного пирога...
– Пока очень много лишнего ажиотажа. Если говорить о трагифарсе, как вы это сформулировали, то, знаете ли, наше предпочтение авралу перед планомерностью даёт о себе знать практически везде. Видимо, мы любим героические усилия, любим преодолевать, выдавать сверхурочно и так далее. Для нас важна концентрация совместных усилий.
Я приведу вам два исторических примера, если позволите. В Демократической Германии (не путать с Федеративной) была в своё время принята доктрина, где они заявили, что «через представительство в спортивных федерациях мы быстрее придём к мировому признанию как государство». И второе – то, что милитаристская Япония, этот апофеоз военщины, к этому же стремилась – к признанию и совершенно мирному своему послевоенному лицу, когда проводила Олимпиаду в Токио.
Таким же образом укрепляется и ось российского государства.  И происходит поворот людей лицом к государству. Нам главное – доказать, что мы способны на концентрацию, что государство российское сегодня уже как та птица Феникс, вы уж простите за избитую образность...
– Но безобразное российское воровство…
– Я опасаюсь его, поскольку сейчас очень много центров влияния. Это и олимпийская корпорация, и дирекция по проведению Олимпиады. Это и огромный пласт олимпийских законов, который мы в Думе приняли, – всё идёт в состоянии исключительности. А планомерности не хватает.

продолжение на 3 стр.