начало на 1 стр.

Поскольку мы собираем деньги, следим за правильностью начисления и своевременностью уплаты взноса в страховой фонд, то содержим свою достаточно большую контрольную службу. Мы контролируем все предприятия края – своевременно или несвоевременно они платят, правильно ли расходуют средства. Например, больничный лист оплачивается из кассы предприятия, а потом только предъявляется к уменьшению суммы, которая перечисляется в Фонд.
– А ваши внешние контролёры кто?
– Достаточно сказать, что нас контролируют Фонд социального страхования Российской Федерации и Росфиннадзор. Обязательно тот или иной орган раз в год нас проверяет. Всех остальных перечислять, я думаю, не стоит – там и прокуратура, конечно, и масса других строгих органов. Просто я хочу пример привести. В 2006 году, когда мы как бы втягивались в процесс, поскольку был первый год исполнения нацпроектов, мы получили запросы контрольного свойства от 43-х контролирующих структур. Повторяю: это за один год! Я и не подозревал, что их столько! (Смеётся.)
– Да, работа у вас очень ответственная, здесь даже спорить не о чем. Тем не менее, вы нашли в себе эффектную дерзость баллотироваться в депутаты краевого Законодательного собрания и добились депутатского мандата. Каковы же впечатления от работы на «втором фронте»?
– Конечно же, я не жалею, что пошёл в депутаты. Дело в том, что каждый человек, действуя длительное время на каком-то «своём» рабочем месте, неминуемо впадает в профессиональную деформацию. Начинает несколько односторонне видеть окружающую ситуацию вокруг собственных задач, и функций структуры в целом. Поэтому, когда я стал депутатом, увидел совершенно с другого ракурса то направление работы, которым занимается Фонд социального страхования. Не то чтобы это стало для меня каким-то открытием, но всё это сейчас действительно через душу и сердце прошло. Бывает, в простых жизненных ситуациях, касающихся конкретных людей, чуть ли не раздвоение личности наступает. С одной стороны, как человек, исполняющий закон (который, увы, не ты писал) и отвечающий при этом за целевое расходование средств, ты понимаешь, что не можешь в этой ситуации разрулить проблему. А с другой стороны, как человек, который в Заксобрании участвует в написании законов, ты уже видишь, почему и как надо менять закон, что он не совершенен, что его надо на самом деле доводить до кондиции. В этом смысле я и кругозор свой обогатил, и даже рамки своего сознания расширил.
– Всё у вас очень гармонично сложилось, такое прямо-таки счастливое сочетание: Фонд социального страхования и партия «Справедливая Россия». Одно дополняет другое.
– Да, это вы верно подметили. Социальная защита населения – что может быть справедливее этого? А если говорить о моей партийной принадлежности, то со «Справедливой Россией» я породнился ещё во времена её предшественницы – «Российской партии жизни», которую тоже возглавлял Сергей Миронов.
Когда я только вступал в российскую политику, на дворе было совсем другое время. Разумеется, я хорошо помню и Советский Союз. Мне 43 года, я любил Страну Советов и до сих пор жалею, что она распалась. Все мы прожили затем нелёгкие годы коренных преобразований. Сначала был задан один вектор, когда нужно было структурно перестроить все отношения в обществе и отношения собственности, сменить приоритеты в экономике и практически во всём остальном. Тогда много ломали. А теперь появились у страны возможности созидать. И вот именно в это время, когда начинает работать экономика, как раз и наступает забота о социальных вещах, о человеке. Из пустого звука социальная забота о гражданах снова превращается в реальную политику. Ресурсы появились – значит, их надо правильно и грамотно направлять в нужное русло. Это делается и через сугубо социальную политику, и через экономическую политику в целом. От пустых разговоров общество и государство смогли, наконец, перейти к реальным изменениям в социальной сфере. Если же мы не будем улучшать жизнь народа, наша экономика элементарно «схлопнется», она ведь не сама для себя работает. Если не будет расти платёжеспособный спрос, то и продавать нечего будет. Это я как экономист говорю. Еще в девяносто четвёртом году защитил диссертацию в Москве. Так вот, в партию я вступил, именно когда понял, что Россия действительно выбрала направлением своего развития социализацию общества. И с ней сейчас связываются реальные возможности национальной экономики.
– Вы наверняка испытываете удовлетворение, что связали свои планы именно со «Справедливой Россией». Принадлежать к подавляющему большинству, как сейчас это происходит с «единороссами», в какой-то степени даже скучновато, не так ли? «Партия власти» – в этом всегда присутствует известный всем «одобрямс». А в вашем случае – благородная позиция цивилизованной оппозиции. Есть что-то в этом?
– Есть, безусловно. Но я сразу скажу, что когда шёл на выборы в Заксобрание, и сейчас, когда иду на выборы мэра, я остаюсь противником того, чтобы самоутверждаться на критике или даже на оценках деятельности других политических сил. Пусть каждый агитирует за себя своими действиями и проводимой политикой. Поэтому отрадно видеть, что у нас в «Справедливой России» уж точно нет «одобрямса». Даже если судить по нашей фракции в краевом парламенте, там настолько разноплановые люди представлены, что подобного нигде больше не встретишь. То же самое, кстати, происходит во фракции «Справедливой России» в Госдуме.
К нам в партию, как правило, проходили люди наиболее активные, наиболее умеющие выживать в политической конкуренции. Именно это сформировало незаурядную нашу фракцию и в Госдуме и, если без ложной скромности говорить, то и в Законодательном Собрании, – из достаточно разноплановых, но бескомпромиссных людей, с активной жизненной позицией, умеющих её отстаивать.
– Вчера я разговаривал с другим депутатом ЗС. И он выдал такую злую красивость, как бы в пику вам: «Там у них форменный серпентарий соратников». Наверняка вы легко парируете столь жёсткий выпад.
– Наша региональная организация в ходе выборов в Законодательное Собрание и особенно после того, как они состоялись, в какой-то период действительно дала недоброжелателям повод позлословить. Не было тогда у нас полного единства в партийной организации. И достаточно долго не было руководителя регионального отделения. Прежний наш лидер Иванов по итогам выборов был освобождён от должности, хотя человек он великолепный. И благодаря именно его усилиям два наших одномандатника, которые уж точно могли проиграть, уверенно прошли в ЗС. Да, интриги были. Подковёрные дела отдельных лиц, заигрывавших с федеральным центром, могли привести к плачевным результатам. Да, мы дали повод для иронии со стороны, но сегодня у нас нормальный баланс внутри фракции. Все основополагающие решения мы обсуждаем хладнокровно, тщательно и практически всегда принимаем согласованные решения.
– Нельзя не отметить и фундаментальную инициативу «Справедливой России», которая явилась одним из инициаторов выдвижения кандидатуры Дмитрия Медведева на пост президента Российской Федерации…
– Мы – партия, которая позиционирует себя как социалистическая. Возможно, вскоре будет изменено её официальное название, в котором появится слово «социалистическая». Это позволило бы застолбить за собой определённую нишу. Но в настоящее время мы категорически против каких-то социальных потрясений и революций. Обществу сегодня открыто заявляется, что успех России можно обеспечить, только сохранив преемственность нынешнего экономического курса социальных преобразований, курса на авторитет России в мире, преемственность вообще по всем ключевым вопросам. И мы безусловно должны поддерживать такую открытость.
Что касается Дмитрия Медведева, то он представляется мне как нельзя более подходящей фигурой для обеспечения данной преемственности.
– Нравится ли вам наш дорогой Красноярск? Если да, то чем именно? А что вызывает дискомфорт и желание поскорее решить проблему?
– Красноярск мне, конечно же, нравится. Это само собой разумеющийся факт. Находясь в других городах, в той же Москве, где в рамках нашей структуры я часто бываю в командировках, неизменно горжусь тем, что живу в столице Красноярского края. Для этого есть много поводов. А что хотелось бы изменить – здесь разговор не может быть коротким. Мы чётко разделяем приоритеты: у края свои позиции в Российской Федерации, а у Красноярска среди городов-миллионников – свои. И в первую очередь Красноярск следует соотносить с городами сибирского региона. Необходимо сделать всё возможное, чтобы наш город в будущем не проиграл в борьбе за инвестиции, за экономическое благополучие в конкуренции между аналогичными столицами ближайших сибирских регионов. Сегодня есть мощный прессинг в этом плане и со стороны Новосибирска, который пока всё-таки на шаг впереди нас идёт, и со стороны Иркутска. Поэтому – да, можно сосредоточиться на проблемах ЖКХ, на развитии дорог – это нужные вопросы. Но по большому счёту следует понимать, какие конкурентные преимущества города можно реализовать, чтобы вывести его на первые позиции в Сибири. Для этого, кроме понимания своих конкурентных преимуществ, составляющей частью политики городских властей должны быть чётко отлаженные отношения и с краем, и с федерацией. Без этого нельзя, поскольку ресурсы экономической и финансовой системы страны в значительной степени завязаны на решениях центра. Имеющиеся финансы города и дополнительный приток денег зависят от решений, которые принимаются в кабинетах федерального и краевого уровня.
– Вот вы говорите: «Я как красноярец могу гордиться». А как россиянин? Многие давно и звонко кричат «ура!», мол, чёрные дни миновали, впереди лишь олимпиады да карнавалы. Или всё-таки рано торжествовать? Как бы не утвердиться в роли «сырьевого придатка» и «необанановой республики»…
– Стать банановой республикой, сырьевым придатком Запада (или не стать) – такая угроза и дилемма встаёт перед Россией далеко не в первый раз. Так и при царе было. И при Иосифе Виссарионовиче. И сегодня, конечно, мы ещё не прошли критическую точку. Если мы останемся на нефтяной игле, когда остальные отрасли либо не развиваются, либо впадают в зависимость от доходов, формирующихся в нефтяной отрасли, – экономику страны в любой момент может захлестнуть кризис. Цены на нефть, как показывает практика, периодически падают. В экономике процессы идут циклично, и если цены не упадут через три года или через пять, то через десять лет они упадут обязательно. Цикличность экономики – явление, проверенное столетиями. Если мы в ближайшее время не успеем полученные сегодня преимущества направить на развитие наукоёмких отраслей с высоким уровнем добавленной стоимости, не сумеем вернуться на ведущие мировые рынки, нас ждёт тогда очередная стадия борьбы за выживание. И не с полезными ископаемыми надо на мировой рынок выходить, а с высокотехнологичной продукцией. Если мы не используем нынешний благоприятный, но, скорее всего, непродолжительный период для качественной перестройки экономики, то «проблема выбора», о которой я упомянул выше, снова встанет перед Россией. Генеральная задача текущего момента – на гребне этой приливной нефтяной волны закрепиться в таких отраслях мировой экономики, которые станут для России основой действительно стабильного благополучия. И её авторитета на международной арене.
– Последний, кстати, весьма не помешает. Время-то «на дворе» отнюдь не благостное.
– Явных и скрытых угроз в современном мире предостаточно. Не случайно ведь Кондолиза Райс в одном из своих выступлений фразу обронила о том что Сибирь – это общечеловеческое достояние. Так что нам это «достояние», скорее всего, оберегать придётся.
– Сейчас всё настойчивее говорят и о китайской угрозе для Красноярска и Сибири в целом. Ваш товарищ по партии Валерий Зубов постоянно это подчёркивает: «Я не раз воочию видел, как движутся к нам вереницы этих автобусов с китайцами». Это примерно как те муравьи, которые потом всех…
– …ассимилируют. Я бы здесь Гумилёва вспомнил. Была у него очень любопытная теория, он изложил её в книге «Этногенез и биосфера Земли».
– Это Лев Гумилёв?
– Да, Лев Николаевич. Очень это интересная работа. Там он рассматривает цивилизационное развитие человечества на протяжении истории. У Маркса был формационный подход, который мы все изучали в вузах при прохождении соответствующих дисциплин. А Гумилёв продолжает традицию Арнольда Джозефа Тойнби, который одним из первых стал говорить о цивилизационном подходе. Гумилёв насчитывает больше двадцати исторических цивилизаций и задаётся вопросом: почему цивилизации возникают, а потом исчезают? И он предлагает такую матрицу, парадигму, что каждый народ, каждый этнос переживает, как и отдельный человек, периоды зарождения, юности, зрелости, увядания и гибели. Исторический опыт показывает, что примерный срок жизни одного этноса – от тысячи до полутора тысяч лет. У китайцев, живущих на территории современного Китая, уже три тысячи лет длится государственная традиция – самая долгая из всех народов.
Так вот, китайская угроза для Сибири очень и очень реальна. Здесь у нас плотность населения весьма незначительная, особенно на северных территориях, где и лес, и ископаемые ресурсы в изобилии. При такой разреженной плотности нашего населения каждый китаец в десять раз увеличивает эффект своего присутствия. И, разумеется, далеко не одно и то же – китайские или вьетнамские диаспоры в Москве (в основном это гастарбайтеры) и форменное китайское нашествие в Сибири.
– К счастью, пока ещё нам не нужно учить китайский. И читать книги можно на русском. Кстати, говорят, что у вас дома хорошая библиотека.
– Недаром же я сформировался как личность задолго до эры интернета, в то время мы привыкли верить печатному слову. Конечно, по возможности я стараюсь читать побольше. Учитывая дефицит времени в связи с моей постоянной занятостью, не могу позволить себе такую роскошь – читать всё подряд. Это примерно как разбираться в хорошей еде или есть «всё, что есть». Сейчас много самых разных книг выпускается. Не скажу, что вообще есть плохая литература, но всё-таки лучше стараться своё время отдавать чтению серьёзных вещей. Если о художественной литературе говорить, то это произведения, которые вошли в золотой фонд мировой культуры. Я, кстати, такую серию собираю, у меня сейчас около двухсот томов. Они каждый год периодически выходят. А вообще, чтобы разбираться – хорошая или посредственная, надо много прочитать на самом деле. Я давно уже стал формировать свою библиотеку по нескольким направлениям. Серия зарубежной литературы очень хорошая подобралась, там редакционная коллегия сильная, и на самом деле вещи туда включены достойные. Философия у меня вот здесь стоит (Показывает на внушительные фолианты в шкафу. – Прим. И.Р.). А ещё я очень люблю живопись, поэтому постоянно что-то читаю о художниках. У меня есть целое собрание из серии «Белый город», по-моему, 196-й альбом я уже приобрёл. Это не очень большие альбомы, но со вкусом сделанные, о каждом художнике отдельный выпуск.
– А сами не живописуете?
– Нет, на искусство я не потяну, а ремесленничать не хочу.
– Но какое-то хобби ещё есть?
– Помимо чтения, это спорт. Когда был помоложе, занимался борьбой. Раньше она называлась «классическая», сейчас – греко-римская борьба. Занятия спортом особенно помогали мне, когда я в юности мечтал стать лётчиком и серьёзно готовился к этому. Но потом судьба дала крутой поворот. Поступил я в Красноярский госуниверситет, на экономический факультет. Заочно его окончил, потому что когда приехал, встретил свою нынешнюю супругу, уже был сын, вот и решил вуз заканчивать заочно. С красным дипломом, кстати, удалось это сделать. Как раз Валерий Михайлович Зубов был у меня в университете деканом. И вот спустя столько лет мы с радостью встретились с ним в новых обстоятельствах, связанных с работой в «Справедливой России».
Теперь у меня, конечно, никаких занятий греко-римской борьбой, все больше увлекает меня «борьба красноярская»… Но всё равно я стараюсь много двигаться, люблю плавать. Зимой – обязательно лыжи.
– А если «двигаться» за рубеж? Где отдыхать предпочитаете: всё больше на пляжах или в музеях?
– Не так уж часто удаётся мне съездить отдохнуть, последние два года я вообще не был в отпуске. Но если получается, то я стараюсь сочетать на отдыхе три вещи и примерно поровну распределять между ними время. Мы живём в северном регионе, достаточно суровом. Поэтому море и песок – обязательное условие. Это одна треть. Второе – место должно быть достойным с точки зрения культурного наследия. Можно познакомиться с традициями другого народа, что меня всегда привлекает. Это тоже одна треть. И, наконец, какие-то активные вещи. Допустим, плавание. Стараюсь не просто бездумно на песке лежать, а чтобы ещё и нагрузку физическую получить. Перед завтраком я обычно в спокойном темпе проплываю километр. И удовольствие, и польза, да и аппетит появляется отменный.
– Поправить здоровье – дело святое. Ну а если не поправить, а потратить? Я имею в виду спортивное боление…
– Долгое время болел я за наш хоккейный «Енисей». Но это когда был совсем другой состав команды, поистине звёздный. С удовольствием ходил на матчи, но, увы, я не сидел там, где хотелось бы, – на трибуне, среди самых отчаянных фанатов, когда задолго надо занимать место, прибывать к месту событий в валенках и с пластмассовой бутылочкой, чтобы не замёрзнуть. Мне чаще доводилось «переживать» уже на новом стадионе, сидя за стеклом. Сейчас я неоднозначно отношусь к тем процессам, которые происходят с нашими спортивными командами. Поверьте, я «кое-какой» информацией обладаю, поскольку являюсь в Законодательном Собрании членом комитета по здравоохранению, спорту и туризму.
– Да и простые болельщики всё чаще негодуют, когда деньги в спорте крутятся бешеные, а результат бывает пшиковый. Их ожидания, как правило, не оправдываются.
– Деньги, конечно, надо считать тщательно, но и команды мастеров должны быть обязательно. Это ведь не только вопрос престижа территории – города или края, это тот образец для подражания, к которому будут стремиться ребятишки. Наблюдая за мастерскими командами, они ещё в сопливом возрасте идут и выбирают не подъезд, не подворотню, а спортивную школу. Спорт – это определённая пирамида. И если на вершине этой пирамиды нет того, к чему следует стремиться молодому поколению, нет настоящей команды, то вся пирамида рассыпается.
– Чувствуется, что мелочей для вас не существует, вы очень основательный человек. Какими словами вы охарактеризовали бы своё жизненное кредо?
– Есть характерные для меня два понятия, которые на самом деле подходят и к оценке моей работы, и к отношениям межличностным: «взвешенность» и «компетентность».
– А кем работает ваша жена?
– Ольга – частный предприниматель. У неё свой небольшой бизнес, в который я, если честно, даже и не заглядываю. Так, в методическом плане могу поддержать, не более. А по образованию она учитель русского языка и литературы. Долгое время работала в школе. Когда мы с ней познакомились, она как раз преподавателем была. Но потом случилась автомобильная авария, она получила серьёзные повреждения и длительный период не работала. Затем, когда здоровье улучшилось, пытались мы опять устроиться в школу, но учащённый ритм жизни, возросшие нагрузки и все тяготы того суматошного времени уже не позволяли ей вернуться в профессию. Но жизнь не стояла на месте. Рынок появился. Решили мы по этому пути пойти, чтобы опять адаптироваться социально. И вообще это была тогда «тема дня» – развитие малого бизнеса. Поэтому и получилось, что, имея педагогическое образование и стаж работы учителем, она сегодня является предпринимателем. Сын Дмитрий тоже работает. Совсем уже взрослый стал. Отслужил в армии здесь у нас. Сейчас работает в одной из строительных компаний на должности ИТР.
– Скоро, вероятно, и молодым дедушкой станете?
– Так ведь я уже им являюсь! Девятого марта у нашего внука Ивана – день рождения. Будет ему год.
– Ну что ж, готовьте малышу подарок!